Он обратился ко мне с просьбой посетить приём, и я не смогла отказать. Он буквально умолял меня. Говорил, что это вопрос жизни и смерти. Может, вы помирились?

Она многозначительно посмотрела на подруг.

Ох уж эти сплетницы.

– Я видела Аарона, – я придала своему голосу оттенок печали и даже горестно вздохнула. – Но боюсь, моего бвшего мужа интересую вовсе не я.

– Помилуйте, лапочка. Вы себя недооцениваете…

– Вовсе нет, – со всей горячностью, на которую я была способна, выпалила я. – Я ведь вам рассказывала, на моей свадьбе всё было немного по-другому. Совсем не так, как пишут в прессе.

Я тут же почувствовала пристальное внимание всех леди. Они замерли как сурикаты, даже вытянули шеи, готовясь впитывать всё, что я им расскажу.

– Он здесь ради другой женщины! – заявила я, не забыв театрально приложить руку к груди, прямо как в бразильских сериалах. – И меня на свадьбе подставила одна из его любовниц! Так было всегда: Аарон и череда его бесконечных любовниц…

– Хм, ну такое может кто угодно придумать, чтобы выгородить себя, – закатила глаза пожилая леди с высокой причёской и огромными бриллиантами в ушах.

– Думаете, я лгу? – возмутилась я. – Вы знаете, что мой бывший муж одержим?

– Одержим? – сглотнула леди Дейли. – Что вы имеете в виду?

– Всеотец! Так неловко, – с притворной стыдливостью прошептала я, отводя взгляд. – Он одержим… интимной близостью с женщинами, которые старше его. Я могу вам кое-что показать.

Все дамы тут же подались вперёд, с жадностью глядя, как я вытаскиваю одну из фотографий из крошечной сумочки.

Я прижала её к груди, не показывая никому.

– Только обещайте, что никому не скажете! Это огромная тайна! И одно из доказательств, по которому меня скоро оправдают. Сами понимаете, дело крайне секретное, поэтому всего я рассказать вам не могу… Ведь там замешаны единороги Всеотца. Поэтому тс-с! Молчок!

– Конечно, мы никому не скажем…

Глядя на их лица, я была уверена, что к завтрашнему утру об этом будет галдеть вся столица. А значит, многие перестанут считать меня изгоем.

Я повернула фотографию, показывая её благовоспитанным леди.

– Ах! – одна из них покраснела.

На снимке мисс Дибиро сидела на Аароне. Он ласкал одну из её необъятных грудей ртом, а вторую по-хозяйски сжимал рукой.

– Как непристойно, – пробормотала одна дама себе под нос, но взгляда отвести не могла.

– И что же, он правда так любит женщин в возрасте? – осторожно и слегка краснея спросила одна шестидесятилетняя леди, предвкушающе кусая губы.

– Особенно рыжих, – вспомнила я новые пристрастия бывшего.

– Рыжих? Какая жалость… – леди пригладила свои крашенные в золотой блонд волосы.