— И с какой стати в этот отряд попала нира Айтина? — с нажимом спрашивает Нортон.

— Генерал, может, меня спросите, а не капрала? — возмущенно спрашиваю я. — Все же меня назначили интендантом, значит, могу и сама за себя отвечать. Альбу понимаю только я, генерал Нортон, а она все же самый лучший помощник в лесу, вы не находите?

Он сжимает челюсти так, что желваки ходят, но не возражает. Хотя я чувствую, что разговор не окончен.

— Пора возвращаться в лагерь, — говорит Нортон. — Капрал, собирай всех. Мы пойдем вперед, девочку надо показать лекарям.

С этими словами генерал подхватывает Мери на руки, помогает подняться мне и кивает Альбе:

«Помогу вояке, а потом в лес. Сегодня орками не пахнет, будет спокойная ночь. Но горы стонут…» — пантера издает рык, а потом ныряет в темноту.

Нортон молча, медленно, но широкими шагами идет к деревне. Мне же приходится почти бежать, хотя я прекрасно вижу, как драконище постоянно бросает взгляды через плечо, контролируя, успеваю я или нет.

Мне даже из вредности хочется притормозить немного, подразнить Нортона. И наверное, если бы не Мери, я бы так и сделала, но здоровье и самочувствие девочки важнее.

Когда мы возвращаемся в лагерь и появляемся в кольце света дежурного костра, Орта сначала вскакивает с места, вглядываясь в наши фигуры, громко охает, а потом начинает громко плакать. Видимо, вид задремавшей на руках генерала девушки создает впечатление самого плохого.

— Тише, Орта, — обнимаю я ее, — тише. Все хорошо. Она просто вымотана.

— К целителям, — кратко говорит Нортон, снова ныряя в темноту.

Я кладу руку на плечи Орте и вместе с ней дохожу до нужной палатки. Мери тут же окружают заботой, а хозяйке таверны ставят табуретку рядом с кроватью дочки.

— Магически истощена, — рассказывает Нортон, когда мы выходим на улицу и останавливаемся снаружи палатки. — Да и физически тоже. Это же этот мелкий ублюдок?

Я слышу рычание в его голосе, выдающее напряжение и злость.

— Он. Только непонятно, почему он ее не убил, — говорю я. — Она же лишний свидетель, могла слишком много рассказать.

— Зачем он вообще это сделал? — генерал снова заглядывает к целителям, слышит какие-то комментарии и, по-моему, немного расслабляется.

— Ему нужна была магия иллюзии. Мери владеет ею. Очень неплохо для самоучки, — говорю я. — Но вот почему он оставил ее в живых?

— Чтобы магия не рассеялась, — хмуро произносит Нортон. — Магия иллюзии — штука тонкая. Ее надо подпитывать.

И правда… Ведь Мери что-то похожее говорила мне, когда делала для меня. Потому и зерна тыквенные использовали.

— Все продумал, мерзавец. Осталось только узнать, зачем ему все это, и тогда… — начинаю рассуждать вслух.

— Нет, Айтина, — перебивает меня дракон. — С остальным давай все же разберемся мы сами.