— А кто это мог записать? И кто мог видеть, как нира Ариелла приходила в Храм?

— Неограниченный доступ имеет только схир Нгол, но… Да… Тогда был момент, когда меня отозвали срочно встретить одну девушку. Жаль, что она была совершенно пуста.

— Я все понял. Кто тогда встречал обычных прихожан? — вот теперь мозаика точно сложилась в очень неприятный рисунок.

— Хорошо. Свободен. Если прибудет схир Нгол, скажи, что я его очень хочу видеть.

Храмовник откланялся, я провел стандартный ритуал служения Праматери, передал Грону ненадолго сознание, и он тоже вознес молитвы. Когда я вернулся в сознание, у входа стоял схир Нгол, мой личный храмовник, с привычной елейной улыбкой.

— Ваше сиятельство, — кланяется он. — Какая честь… Да сбережет Праматерь ваш Дар…

«От него пахнет ложью», — рычит Грон.

Да… И, такое ощущение, что сегодня он особенно сильно меня боится, потому что совсем не ожидал меня здесь увидеть.

— Я хочу знать правду о своей жене, — говорю прямо. — О том, кто именно записал ее в Список. О том, кто отправил ей приглашение в храм?

Улыбка Нгола становится шире, но еще более ненатуральной:

— Не понимаю, о чем вы. Нира Ариелла, видимо, так сильно хотела…

— И поэтому дрожала как осиновый лист?

— Боялась, что ее раскроют…

— Настолько хотела, что пошла на это зная, что погибнет при ритуале?

Нгол делает шаг назад, и его капюшон падает, обнажая его блестящую лысину. На мгновение его маска трескается, в глазах мелькает страх. Но он быстро берет себя в руки:

— Ваша светлость, вы меня в чем-то обвиняете?

— Схир Нгол, я обвиняю вас в измене мне, подделке Списка и сговору с целью лишить меня возможности передать дар и обвинить меня в смерти ниры Ариеллы. В ваших интересах признаться мне, кто за вами стоит.

Теперь храмовник окончательно бледнеет, в его руках сверкает нож, и он кидается на меня.

«Неужели он такой идиот», — мелькает у меня в голове. Ну правда: на дракона с зубочисткой! Но потом я замечаю, что ножичек-то непростой.

Все происходит за доли секунды. Нгол успевает пропороть мой плащ, но я делаю резкий выпад в сторону и бью по вытянутой руке. Нож выпадает из пальцев, а я скручиваю и прижимаю к стене лицом уже бывшего схира.

— Кто за тобой стоит? — с рыком спрашиваю я.

Нгол пытается вывернуться, но теперь он против меня точно ничего сделать не сможет. Хилый священник против генерала?

— Уже поздно, — хрипит он. — Все сделано. И ты же сам знаешь, девчонка мертва.

«Давай откусим ему голову», — рычит Грон. Я бы рад, но мне надо сначала получить от него информацию.

— Зачем тебе это? Почему ты так подталкивал меня к ее убийству?

— Потому что она должна была сдохнуть еще на свадьбе, — Нгол закашливается, и я чуть-чуть ослабляю хватку.

— С кем ты в сговоре?

Тут, видимо, на громкие звуки прибегает Лоноол.