Корочка хрустящая, а внутри начинка идеальной консистенции — нежная, бархатистая. Грон довольно урчит, требуя ещё. Да что же такое творится?

Я даже хмуро рассматриваю кусок, пытаясь понять, не могла ли Айтина использовать семя драконова дерева. Но… нет, глупости. Она же не знала, какой из кусков попадется мне, а на всех его не напасешься.

Прикрываю глаза, пытаясь сосредоточиться на вкусе, но перед мысленным взором снова встаёт образ Айтины. Её глаза, движения рук, то, как она хмурится и возмущается. Дракон внутри как-то с сарказмом хмыкает, но комментариев не отпускает. Что-то он не договаривает.

Откусываю ещё кусочек пирога. Начинка из тыквы идеально пропечена, сладкая, но не приторная. Когда простая девушка могла так научиться готовить из тыквы? Невозможно это постичь за короткое время.

Что-то здесь определённо не так. Грон никогда не ошибается в своих предчувствиях. И сейчас он настойчиво требует разгадать загадку этой девушки. В ней есть какая-то тайна, что-то большее, чем просто умение готовить.

Проглатываю последний кусочек, а вкус всё ещё играет на языке. Кто же ты такая, Айтина? И почему мой дракон так явно реагирует на твоё присутствие?

До самого вечера ухожу в штаб, собираю отчеты, разговариваю с Горвенцом об их с Айтиной предположении о тыквах. Если все так, как они считают, а я склонен им верить, то у нас появляются дополнительные возможности. Как минимум, можно попробовать сделать цепочку из тыкв на перевале и посмотреть, как на это отреагируют орки.

Жаль, что в этот раз не удалось ни одного пленного взять: можно было бы на нем посмотреть влияние драконовой ягоды. Что именно имеет основное значение? Тыквы целиком? Сок? Или ботва?

Приказываю капралу из тех огородов, что есть собрать небольшие, негодные в переработку тыквы, и разнести как минимум по две штуки во дворы. По моим прикидкам должно всем хватить.

Неожиданно для меня после заката в лагерь прибывает Аравлис — почтовая птица, которая не используется военными. Значит, это что-то не связанное с орками и моим заданием здесь.

Я даже надеюсь, что это сообщение из Королевской тайной полиции, от генерала Тардена, с которым я перед самым отлетом связался. Письмо, что Ариеллу нашли.

Снимаю послание с большой лапы птицы, а в мешочек на другом конце опускаю монетку, и птица тут же взмывает в небо, скрываясь в лиловых сумерках.

Снимаю сургуч, не скрепленный магической печатью, — точно не тайная полиция. И даже не мои люди в столице. Всего лишь схир Нгол, который в очередной раз напоминает мне, что мое время идет, что дар нужно передать в ближайшие два месяца, иначе…

Старый дурак. Если бы все было так просто.