Я спросил отца, почему он не отдал мою мать полиции. Она могла бы отправиться в тюрьму или в психиатрическую больницу. Он какое-то время смотрел на меня, а потом ответил:

– Я не мог посадить собственную жену в тюрьму. Это было бы слишком жестоко. Ты представления не имеешь, что творится в подобных местах.

Если Дениз бесполезна, то почему он просто не отпустит ее?

– У мужчин есть потребности, – был его единственный ответ.

– Пап, она сказала, что она тут с двенадцати лет. Это правда? Ты женился на ней, когда ей было двенадцать?

Он запрокинул голову и громко засмеялся.

– Какая же она глупая, даже не знает, сколько ей лет.

– А сколько ей лет? У нее выпали все зубы, так что, наверное, она уже старая.

– Именно так, – широко улыбнулся он.

Я начинал открывать для себя то, что называется «мужскими потребностями». Когда я видел красивых девушек по телевизору, следовала определенная реакция, и я понимал, что это имеет какое-то отношение к моему пенису. Когда я думал о них ночью в своей постели, то не мог удержаться и играл с ним до тех пор, пока не происходило то, что в энциклопедиях называлось «эякуляция».

Со мной такое происходило даже во сне. Я боялся рассказывать об этом отцу. Мне было сложно предположить, как именно он отреагирует. За несколько месяцев до этого он мимоходом упомянул, что мастурбация противоречит законам Господа. Тогда я не знал значения этого слова, но теперь совершенно определенно понял.

Это было не единственное, что изменилось в том году. Изменилось все. Одним весенним днем, когда я сидел за столом в гостиной и изучал какой-то греческий текст, я увидел человека, пробирающегося сквозь кусты под высокой стеной с левой стороны сада.

Я испугался. Я раньше никогда никого не видел на нашем участке, только если это не было обговорено заранее. Время от времени к нам заходил доставщик масла, который сливал его в бак в дальнем конце сада, но тогда отец советовал мне оставаться в комнате. В такие дни ему приходилось затыкать рот Дениз Нортон и ее ребенка кляпом, чтобы они не начали шуметь. Он стыдился своей безумной жены и глупого ребенка. Они были «нашим секретом». Что было странно. Кому я мог рассказать?

Мужчина с длинными волосами, в синих джинсах и черной куртке проскользнул мимо высоких деревьев на границе нашего участка, а потом быстро побежал за дом, на ходу пригибаясь к земле.

Грабитель!

– Меня зовут Дениз Нортон, меня похитили! Я заперта. Я Дениз Нортон. Пожалуйста, сломайте дверь! Выпустите меня!

На секунду я услышал какой-то шорох на кухне и сразу побежал обратно к окну в гостиной. Видимо, мужчина выпрыгнул из окна, и я увидел кровь на его ладони, когда он быстро убегал по лужайке, а потом нырнул и перемахнул через забор. Я побежал обратно в пристройку.