Хотя, думаю, это не так необычно для шестилеток.

– Я никогда не спрашивала о своей матери? Своей настоящей матери?

– Нет, Том был уверен, что ты забудешь о ее существовании.

– Может, и к лучшему? Мы же не знаем…

Я уронила голову на грудь.

– Пойдем спать. Мы обе без сил. А завтра еще придут дети.

Дети пришли ровно в двенадцать. Я предупредила, что им можно оставаться с двенадцати до трех. Удо вызвался подежурить перед домом, и я с радостью приняла его предложение. Я попросила не пропускать Марка, если он появится. Я объяснила, что у нас с ним возникли разногласия и я не хочу его больше видеть.

Удо не стал задавать дополнительных вопросов. Я пыталась извиниться за оскорбительные расистские высказывания Кэролайн, но он ответил, что мне не за что извиняться.

Я сделала для детей лимонад и вынесла тарелки с остатками торта. Пришла Анджела и призналась в своем похмелье.

– У тебя нет таблеток от этого?

– Я заметила, – рассмеялась я.

– Надин все еще в постели. Ей еще хуже, чем мне.

Мы с тетей Кристин рассказали ей про происшествие с Марком.

– Господи, да что с ним не так?! Салли, когда он впервые здесь появился? Я имею в виду, в Каррикшиди?

– Где-то в феврале или марте, мне кажется? В первую нашу встречу Марк предложил мне сесть к нему в машину, но потом долго за это извинялся.

И всегда был таким вежливым и предупредительным. Но постоянно спрашивал насчет расследования дела Конора Гири и про то, что я помню о детстве. Я просила его перестать, и не один раз. Он и раньше просил посмотреть эти документы.

– Может, Марк один из тех чудиков, помешанных на реальных расследованиях?

– Думаешь, он специально устроился здесь на работу, чтобы быть ближе к Салли?

– В том же квартале, что Сью с Кеннетом.

– А что насчет семьи?

– У него есть бывшая жена, Элейн. Марк никогда не упоминал родителей или братьев и сестер. Родом он из Дублина.

– Да, – призналась тетя Кристин. – И не нашла ничего подозрительного. Работал в разных бухгалтерских фирмах, правда, на более высоких позициях, чем сейчас. На нескольких сайтах есть кое-какие фотографии, в том числе и старые – пятнадцатилетней давности, с бывшей женой, Элейн Битти.

– А что насчет школы?

– Я не нашла ничего раньше чем двадцать лет назад.

– У него есть профиль в LinkedIn?

LinkedIn мне знаком.

Я зарегистрировалась там, когда искала работу. Они посылали мне назойливые уведомления с работой, которую я либо не могла выполнять, либо она мне не нравилась.

– Да, но там нет ничего про школу.

Я ничего не понимала.

– А какое имеет значение, в какую он ходил школу?

– Не знаю, – сказала Анджела, – но я это раскопаю.

– Есть еще кое-что, – добавила я. – В самом начале я спросила его, заинтересован ли он во мне романтически, но Марк ответил, что ему нравится Ануба.