Это в районе моста через реку.

— Вот как? Не будете ли вы столь любезны, чтобы проводить шарфюрера и его людей к лейтенанту?

— Безусловно, герр майор. Шарфюрер, будьте так добры, следуйте за мною. Тут совсем рядом, и мы дойдем достаточно быстро.

— Нет нужды, герр обер-лейтенант, у меня здесь автомобиль. Разрешите быть свободным, герр майор?

— Да-да, шарфюрер, занимайтесь своими вопросами. Итак, оберстлейтенант, — снова повернулся ко мне майор, не дожидаясь ухода посетителей. — Я вас слушаю. На чем мы остановились?

— Прошу вас, герр обер-лейтенант, — шарфюрер указал рукой на выход и посторонился, пропуская его.

После их ухода внимание присутствующих снова обратилось на меня.

— Позвольте вашу карту, герр майор. Я бы хотел подробнее пояснить существующую обстановку.

— Розмайер, дайте карту оберстлейтенанту. Манфред, займитесь отправкой раненых.

Как я и предполагал, отдельную карту (специально для меня) немцы готовить не стали. С чего бы это вдруг? Поэтому передо мною развернули карту майора, на которой, помимо собственно станции, были нанесены и прочие обозначения. В том числе и позиции охраны вокруг станции.

Да и других значков, показывающих, какое подразделение и где стоит, на карте хватало. Судя по возбужденному сопению Козицина за моей спиной, он тоже успел это понять и теперь внимательно разглядывал нанесенную на карту обстановку.

— Позвольте карандаш, герр майор.

— Прошу вас, — кто-то из свиты майора протянул мне карандаш.

— Итак, герр майор, на настоящий момент мы имеем следующее положение вещей…

Мой обстоятельный доклад занял около двадцати минут. В его процессе я делал пометки на карте, объясняя майору создавшуюся обстановку.

 А заодно давал Козицину возможность хорошенько изучить отображенную там информацию. Он вполне вошел в роль и иногда вставлял в мою речь достаточно разумные и дельные замечания. Как выяснилось неожиданно для меня, он с грехом пополам понимал немецкий язык. Я мысленно поставил себе плюс — не подвела меня интуиция, взял в провожатые именно того, кого надо! В некоторых случаях, правда, мне приходилось его поправлять, но в целом доклад удался. Майор удовлетворенно покивал головой.

— Как много, по вашему мнению, займет окончательная ликвидация пожара?

— Приблизительно два-три часа.

Надеюсь закончить до наступления темноты. В противном случае боюсь даже и предполагать…

— Надеюсь, что Господь не оставит нас своей защитой, оберстлейтенант. Благодарю вас, вы можете возвратиться к своим людям.

Ну, слава богу! Отбоярились мы от фрицев. Как же, ждите, будет вам через три часа… тишь да гладь…

— Александр Павлович?

Это еще кто? Я обернулся. Ага, лейтенант Коссовски. Стоит в дверях, рядом с ним старший эсэсовец.

— Слушаю вас, герр лейтенант.