Я сижу между Хоуп и Карин, Д’Андре сидит по другую сторону от Хоуп. Не знаю, хорошие у нас места или нет. Карин говорит, что да, но я бы предпочла сидеть прямо за скамейкой запасных, чтобы всю ночь таращиться на спину Такера. Вместо этого я вынуждена наблюдать за ним издалека.

Хоуп сказала, что на его футболке будет номер 46. Полагаю, это она тоже выяснила на школьном веб-сайте. Так что мой взгляд прикован к черно-серебряной футболке, где четко виден номер сорок шесть. Удивительно, как уверенно он держит свою клюшку. Не знаю, смогла бы я вообще ее удержать в этих огромных боксерских перчатках.

Когда я говорю об этом друзьям, Д’Андре заливается смехом.

– Это хоккейные перчатки, детка. Не боксерские.

– О. – Теперь я чувствую себя глупо.

В свою защиту могу сказать только, что никогда раньше не была на хоккее. Почему все ждут, что я буду знать, как это называется? Я знаю, что есть клюшки, шайбы и ворота. Знаю, что некоторые игроки – нападающие, потому что Такер сказал, что он нападающий. И знаю, что другие играют в защите, потому что Бо сказал мне, что Дин – защитник.

По тому же принципу я выбирала и парней.

Боже, поверить не могу, что подруги уговорили меня на это.

У меня нет времени на парня. И если бы даже было, Такер – не тот человек. Он слишком хороший. И милый. И удивительный.

Мне все еще стыдно за тот случай, когда Рэй прервал нас во время секса. Это было так унизительно. И хотя Такер заверил меня, что та ситуация не заставила его думать обо мне хуже, я сама с этим отлично справляюсь.

– Давайте, парни! – кричат полные энтузиазма фанаты, выдергивая меня из моих унылых мыслей.

Его товарищи по команде такие же быстрые, так что я едва успеваю следить за шайбой.

Мне казалось, она у Такера, но когда толпа взревела от разочарования, я повернула голову и увидела, как шайба отскочила от края ворот. Я решаю, что ее заберет кто-то другой, но Такер захватывает шайбу движением клюшки. Он передает ее одному из товарищей по команде. Затем парень посылает ее прямо назад, Такеру, и я понимаю, что вскочила на ноги, чтобы лучше видеть, как он сделает удар.

Он промахивается, и я рычу от разочарования. Карин смеется, когда я шлепаюсь обратно на место, но не издевается над моим внезапным приступом фанатизма.

Игра по-прежнему идет со счетом ноль-ноль, вплоть до третьего периода.

Поверить не могу, что уже посмотрела тридцать минут игры и никто до сих пор не забил шайбу. Вы можете подумать, что я нахожу игру скучной, но я сижу на самом краю сиденья, терзаясь вопросом, какая команда прольет первую кровь.

Когда лампа над воротами загорается, рок-гимн вырывается через усилители, и толпа болельщиков Брайара радостно кричит. Комментатор объявляет, что гол забил некий Майк Холлис с передачи… Джона Такера.

Я снова вскакиваю на ноги, громко крича.