Внезапно Шей узнала место, и осознание происходящего оглушило ее, а каждая молекула воздуха в легких, казалось, замерзла.

- Нет!

Пауза. Вздох.

- В мою спальню, - неохотно признался Валериан. – Да.

Живот Шей сжался от внезапно нахлынувших эротических ощущений. Валериан. Кровать.

Черт. Нет.

Девушка снова затрепетала.

- Собираешься запереть меня внутри? – выдавила она дрожащим голосом.

- Нет.

В одном этом слове прозвучало больше решимости, чем Шей слышала за всю свою жизнь.

- Ч-что ты собираешься со мной сделать?

В глубине души, девушка уже подозревала, что в ответ услышит…

- Заняться с тобой любовью, Лунный Лучик.

- Нет, нет. Нет! – Шей уперлась пятками в пол из полированного черного дерева, заставив мужчину резко остановиться. – Я против. Слышишь? Против!

Валериан медленно повернулся к ней лицом. Он не выпустил руку девушки из своих пальцев. Полные губы мужчины сжались в твердую линию, лицо, словно высеченное из камня, хранило жесткое выражение.

- Меня ранили, - произнес Валериан так, будто Шей стоило бы догадаться, почему ему важно сейчас переспать с ней.

Девушка сердито посмотрела на воина снизу вверх.

- Я знаю, что ты ранен. Я сама тебе об этом сказала. Но ты должен знать, что рискуешь заработать еще больше ран, если попытаешься затащить меня в постель.

- Я ранен, - повторил Валериан. – Секс придаст мне сил. Я исцелюсь быстрее, если овладею тобой.

Шокированная, Шей поперхнулась, в ее горле заклокотало.

- Ну, можешь умереть, мне-то что за дело. Я не позволю тебе… - девушка нервно взмахнула рукой, - овладеть мной.

- Ты узнаешь, что я – изумительный любовник, - улыбка приподняла уголки губ Валериана.

- Нет.

- Шей, - умасливал ее мужчина, - мой сладкий Лунный Лучик.

- Валериан, - отрывисто произнесла девушка, - ты - развратник.

Мускул дрогнул под глазом воина."

"- Ради тебя я отослал прочь всех женщин. Я при всех провозгласил тебя своей королевой.

- Хочу сразу заметить, что мне до лампочки, и мой ответ – нет.

Если Шей раньше думала, что у Валериана было жесткое выражение лица, то теперь она поняла ошибочность подобного предположения. Глаза мужчины превратились в озера из бирюзового льда, ноздри расширились. Скулы обозначились так четко, будто их вырезали из стекла.

- Я могу заставить тебя умолять об этом.

Шей задрожала от волнения, но смогла произнести:

- Я никогда ни о чем не умоляю.

Валериан долго молча смотрел на девушку, затем провел рукой по волосам, отчего несколько светлых прядей упали на лицо воина. Незнакомая часть ее – часть, что за последние дни все чаще проявляла себя – побуждала девушку приблизиться и мягко убрать эти пряди с прекрасного лица мужчины. Да, он мог заставить ее умолять. Вот. Она это признала.