И не потому, что пообещала Валериану – по мнению Шей, обещание, вырванное силой, ни к чему не обязывает – а потому, что ей стал жизненно важен исход этой битвы.

«Настоящим я провозглашаю Шей Октавию Холлинг своей женщиной. Своей подругой и королевой», - произнес Валериан.

Его слова всплыли в памяти девушки, заставляя затрепетать так же, как тогда на арене. Они не взволновали Шей в той мере, в которой должны были бы. На самом деле, эти слова вообще ее не взволновали. Девушка лишь почувствовала дрожь – и она едва не зарычала от одного воспоминания – удовлетворения.

В этот момент Валериан запнулся о собственные ноги.

- Ты ранен, - произнесла девушка, словно он сам об этом не знал.

Ее беспокойство за Валериана возросло вдвое.

- Тебе нужен доктор.

Воин не обернулся.

- Ты исцелишь меня.

Такая мысль выглядела трогательной и возмутительной одновременно.

- Я ничего не смыслю в заживлении ран.

- Я тебе доверяю.

Почему? Шей сама-то себе не доверяла. Особенно рядом с ним.

- От меня может быть больше вреда, чем пользы.

- Шей, - произнес Валериан с явным раздражением, - так или иначе, ты единственный человек, чьих прикосновений я желаю.

Ну, если так…

- Хорошо. Но когда умрешь, передай Богу, что я тебя предупреждала.

Плечи мужчины затряслись, и Шей услышала его грудной негромкий смех. Невольно губы девушки растянулись в полуулыбке, и Шей позабыла о тревогах. Ей нравилось, когда Валериан смеялся.

- Ты пытался спасти Иоахима, - спросила девушка, - или же случайно промахнулся мимо его сердца?

Услышав вопрос, мужчина напрягся.

- Я никогда не промахиваюсь мимо намеченной цели.

Определенно, мужская гордость была одинакова и у нимф, и у людей.

- Что если Иоахим снова бросит тебе вызов? Если в следующий раз сжульничает и ударит тебя исподтишка?

- Он этого не сделает.

- Почему ты так в этом уверен? – настаивала Шей.

- Иоахим проиграл. Он показал себя более слабым воином. Убьет он меня в будущем или нет, его никогда не примут, как лидера.

- О!

Шей еле смогла выдавить из себя этот односложный ответ, настолько ее огорчила мысль о возможной смерти Валериана.

- Более того, - продолжил мужчина, не заметив ее реакции, - Иоахиму нет смысла умирать за тебя теперь, когда ты стала моей женщиной, и это главная причина, почему я сражался с ним.

Дрожь пробежала по телу Шей.

- Я не твоя женщина.

- Прекрати эти споры, Лунный Лучик. Они будут только смущать тебя, когда ты, наконец, признаешь, что любишь меня.

Шей фыркнула, но быстро сменила тему. Его слова казались чересчур… пророческими.

- Куда ты меня ведешь? – спросила девушка, рассматривая освещенный факелами коридор со знакомыми стенами, испещренными царапинами и трещинами.