Гавань Томо – не остановка в путешествии, а место, где нужно ждать, пока повернутся «волны жизни».

В этот момент самураи выбежали из склада. Они начали приставать к каждому пилигриму, приближаясь к гавани. Некоторые солдаты вернулись в деревню, пока другие шли к пристани. Не желая привлекать к себе внимание, Джек и его друзья могли только сидеть и смотреть, как самураи приближаются. Джек понимал, что здесь и поворачиваются волны его жизни. Он и его друзья или сбегут, или умрут, а их судьба зависит лишь от воздействия луны на воду.

Двое самураев уже забрались на первый корабль, когда капитан судна пилигримов отдал приказ поднимать якорь и отчаливать. На лбу Джека выступил пот, он молился, чтобы капитан не увидел суеты в гавани.

Самураи бежали по пристани, чтобы помешать кораблям отплывать. Джек встревожено переглянулся с Миюки. Они не могли сбежать. Солдаты уже почти добрались до их судна, когда корабль сдвинулся с места, ветер заполнил его паруса.

Но они двигались слишком медленно, как считал Джек и его встревоженные товарищи. Крича на капитана, самураи бежали по берегу. Но ветер заглушал их крики, и капитан сосредоточился на штурвале, проплывая узкий выход из гавани. Внезапно их корабль набрал скорость. Подхваченные волной, Джек и его друзья уплывали прочь от опасности в море Сето.

Впервые за год Джек смог почувствовать облегчение. Они сбежали от самураев, а он вернулся в море. Сабуро быстро уснул, храпя, его лицо было в тени шляпы пилигрима. Йори с поэтом обменивались хокку, а Миюки не спускала глаз с лодки, что преследовала их из Томо. Но их корабль так разогнался, что Джек понимал, что самураи их уже не догонят.

Джек сел у носа корабля, корабль рассекал волны. Он рискнул выглянуть, и бриз освежил его лицо, он набрал полные легкие морского воздуха. Покачивание корабля было таким успокаивающим, как объятия матери. А шум воды был таким знакомым. Он вернулся к своей стихии."

"Он и не понимал, как сильно соскучился по океану, по чувству грубого деревянного пола под ногами, по хлопанью паруса по ветру. Почти четыре года он уже не был на борту «Александрии», казалось, что прошла вечность. После всех тренировок в Нитен Ичи Рю он стал скорее самураем, чем моряком. Но его морские привычки так глубоко проникли в него, что не смогли исчезнуть. Это видел и его наставник раньше. Быстро оглядевшись, Джек понял, что капитан ведет корабль не на привычной скорости. Судно могло бы набрать еще немного темпа. Его глаза отмечали ориентировочные знаки: светло-синие волны показывали, что они на мелководье, а по положению солнца он мог сказать, что движутся они на юго-запад, следуя берегу.

Его тело покачивалось от движений судна по волнам, пока он все это разглядывал.