— Ты единственная женщина, которую я хочу видеть рядом с собой на каждом шагу до конца жизни, Аспен. Когда кто-нибудь посмотрит на тебя, я хочу, чтобы он знал, что ты, блядь, моя.

— Это предложение?

— Смотря какое. Ты собираешься сказать «да»?

— Ты такой хрен, даже когда делаешь предложение.

— Но я твой хрен. В прямом и переносном смысле.

Я улыбаюсь.

— Знаешь, я никогда не думала о свадьбе. Но я хочу этого с тобой.

Его зеркальная улыбка ослепляет, когда он притягивает меня ближе.

— Это потому, что ты умна, как дьяволица, дорогая.

И затем он завершает предложение поцелуем, вызывающим покалывание.

Эпилог

Кингсли

1 год спустя

За все время моей работы в качестве адвоката по уголовным делам, «дикого дьявола» СМИ и неприкасаемого бога юридического сообщества, я никогда не упускал возьможность прочесть чьи-либо мотивы.

И все же нынешняя ситуация заставляет меня делать такие выводы, с которыми я никогда раньше не сталкивался.

Хуже всего то, что я не думаю, что мое обычное решение бить или запугивать, пока это не разрешится само по себе, сработает на этот раз.

— Может, нам стоит обратиться к экстрасенсу, — объявляю я Нейту и Гвен, пока мы сидим в моей гостиной.

Или они сидят.

Я мечусь, как загнанное в клетку большое гребаное животное, и маниакально щелкаю Зиппо.

Марта, которая принесла свежие напитки, бросает на меня взгляд «Ты в своем уме?» и уходит.

Нейт закатывает глаза, поглаживая руку Гвен, лежащую у него на коленях, а я даже не могу настроиться на «я убью похитителя дочери».

— За твое сумасшествие?

— За твое предстоящее убийство, — отвечаю я.

— Просто пойди и поговори с ней, папа, — говорит Гвен, очевидно, голос разума во всей этой ситуации. — Мама заперлась в вашей комнате и уже два часа отказывается с кем-либо разговаривать. Наверняка ты знаешь, как заставить ее заговорить.

В этом-то и проблема. Не думаю, что я, блядь, могу, не в этой ситуации, по крайней мере.

Это первый раз, когда Аспен отстранилась от всех нас, включая Гвен. От той самой Гвен, которую она бережет как зеницу ока и всегда уделяет ей время.

Не то чтобы я ревновал к собственной дочери или что-то в этом роде.

Ладно. Немного.

Но я отвлекаюсь.

За все время, что мы с Аспен женаты, она никогда не была такой. Прошел ровно год, потому что я, черт возьми, женился на ней через неделю после того, как она приняла предложение. Что? Я не мог допустить, чтобы она передумала в следующий раз, когда мы поссоримся.

А ссоримся мы часто, так что я не собирался рисковать. Поэтому я сделал для нее кольцо на заказ с редким камнем, который соответствует цвету ее глаз и меняется под солнцем.

У нас прошла небольшая церемония, и она надела простое белое платье, которое до сих пор заставляет мой член напрягаться, когда я думаю об этом.