— Как тогда, когда ты поставил мне его.

— Ты маленькая коварная ведьма.

Его зубы впиваются в красную отметину, и он входит в меня быстрее, глубже и с такой интенсивностью, что у меня перехватывает дыхание.

Мои руки обвивают его шею, а пятки впиваются в упругую поверхность его задницы, и я вырываюсь из его объятий.

Его дыхание становится неровным, и я понимаю, что он тоже близок, когда его член дергается внутри меня.

— Скажи это, — ворчит он на моей шее, оставляя еще один след от укуса.

— Ч-что?

— Что ты любишь меня.

— Люблю. — я вздрагиваю, удивительно возбуждаясь еще больше, как всегда, когда он заставляет меня признаться в своих чувствах во время секса. — Я люблю тебя, Кинг.

Он входит в меня так глубоко и долго, что это вызывает еще один оргазм.

Я прижимаюсь к нему, моя голова падает на его плечо, и нас окружает запах секса.

Он прав. Мне понадобится некоторое время, чтобы выйти отсюда.

Я вздыхаю, а затем вздрагиваю, когда укус на моей шее начинает жечь. Мои пальцы касаются его, и я хмуро смотрю на него.

— Серьезно, прекрати вести себя как животное.

Его лицо озаряется чистым озорством.

— Как еще люди узнают, что ты моя?"

"— Может, по тому, что ты объявляешь об этом на каждом мероприятии, которое мы посещаем вместе? С твоей рукой на моей талии.

Сначала внимание было удушающим, но публичное семейное фото с ним, Гвен и Нейтом того стоит.

Кроме того, я знаю, что такой мужчина, как Кингсли, приходит с большим багажом, и мне это нравится, как и все остальные его черты.

На самом деле, я немного извращенка и люблю его темную сторону слишком сильно. Это та часть, которая принадлежит только мне.

Только я знаю о его прошлом, о его отношениях с родителями и о том, как он наконец-то смирился с тем, что больше не винит себя в самоубийстве матери.

Я единственная, кто увидел дьявола в его глазах и влюбилась в него с головой.

Мы пара, созданная в аду.

— Показывать на мероприятиях и перед прессой, что ты моя все еще недостаточно, — говорит он, ссылаясь на мои предыдущие слова.

— Ты не можешь думать о том, чтобы кусать меня всегда. Правда?

— Не вижу причин, почему бы и нет.

— Не могу в это поверить. В следующий раз ты наденешь на меня ошейник.

Его глаза сверкают, как когда он думает о чем-то озорном.

— Только не говори мне, что думаешь об этом?

— Не об ошейнике, нет. — его голос падает. — О кольце.

— О каком кольце?

— Об обручальном.

Я захлебываюсь собственной слюной, мое сердце едва не вырывается на свободу из-за грудной клетки.

— Ты… ты шутишь?

— Разве похоже, что я шучу?

— Ты хочешь жениться на мне?

— Конечно, хочу. А ты думала, к чему это приведет?

— Я… не знаю.

— Ну, теперь знаешь. — он берет меня за горло, его пальцы впиваются в плоть.