Но улыбка погасла, стоило ей услышать вялый ответ Майкла.

– Титул и недвижимое имущество потом, конечно, перейдут ко мне, но пока жив мой отец, мне придется рассчитывать только на собственные средства, которые ничтожно малы. А жить, полагаясь на милость родственников жены, я не смогу."

"– Это не милостыня, если речь идет о семье, – возразила Амелия.

– Вы не понимаете, для Бэйнингов это недопустимо, – покачал головой Майкл, – Это вопрос чести. Я – единственный сын, с самого рождения меня воспитывали с одной целью – чтобы я принял на себя ответственность за титул и состояние. Это все, что я умею. Я не смогу жить изгнанником, вне отцовского круга. Скандал и остракизм – не для меня. – Он понурил голову. – Великий Боже, я смертельно устал, изыскивая аргументы, пытаясь что-то доказать. Я ломал голову всю ночь.

Поппи видела нетерпение на лице сестры, и понимала, что та готова бороться за нее до конца. Но она перехватила взгляд Амелии и покачала головой, посылая молчаливый знак: ""это бесполезно"". Майкл уже все для себя решил. Он никогда не пойдет против воли отца. Дальнейшие уговоры только сделают его еще более несчастным.

Амелия сжала губы и отвернулась к окну.

– Простите, – сказал Майкл после длительной паузы, все еще удерживая ладони Поппи в своих руках. – Я не хотел вводить вас в заблуждение. Все, что я говорил вам о своих чувствах – каждое слово – правда. Я только сожалею, что впустую потратил ваше время. Бесценное время для девушки в вашем возрасте.

Поппи вздрогнула, хоть и понимала, что он не хотел задеть ее чувства.

Девушка в ее возрасте.

Двадцать три года. Третий сезон и все еще не замужем. Старая дева.

Осторожно она отняла у него свои руки.

– Я не потеряла ни одного мгновения, – смогла выговорить она. – Я рада, что узнала вас, мистер Бэйнинг. Пожалуйста, не жалейте ни о чем. Я не жалею.

– Поппи, – простонал он больным голосом, едва не разбившим ей сердце.

Девушка испугалась, что не выдержит и разрыдается.

– Пожалуйста, уходите.

– Если бы вы могли понять...

– Я понимаю. Понимаю. Со мной все будет хорошо... – Ее голос осекся и она сделала глубокий вздох. – Пожалуйста, уходите. Пожалуйста!

Она видела, как Амелия выступила вперед, и мягко, но настойчиво выпроводила Майкла, пока Поппи еще не потеряла контроль над собой. Милая Амелия, которая без колебаний справилась с мужчиной вдвое ее больше.

Наседка, отогнавшая корову, вспомнила Поппи, и нервно рассмеялась, в то время как из глаз ее уже полились горячие слезы.

Плотно закрыв за гостем дверь, Амелия вернулась к Поппи, и присев рядом с ней, крепко обняла за плечи. Глядя в заплаканные глаза сестры, дрожащим от переполнявших ее чувств голосом, она воскликнула:

– Ты... Ты настоящая леди, Поппи. И куда благороднее и добрее, чем он заслуживает. Я так горжусь тобой.