И теперь, если он захочет поесть, ему придется сначала взбить свою пищу в пюре, — злорадно усмехнувшись, она поковыляла к своему месту.

Грэмми передвигалась так, словно была хрупкой, беспомощной старушкой. Но я прекрасно видела, что она притворяется. Бывало она двигалась очень бойко и живо. Просто ей нравилось изображать этакую милую старенькую бабулю, благодаря чему ей сходили с рук все ее дурацкие выходки.

Я встряхнулась, чтобы избавиться от навязчивого образа зубных протезов Эрла у нее во рту, и вернулась к созерцанию дивного видения.

Парень-мечта продолжал беседовать с Уильямом Чемберсоном, но тот, заметив меня, решительно направился в мою сторону. Они оба неумолимо приближались, и я, запаниковав, едва сдержалась, чтобы не сбежать. С трудом взяв себя в руки, я изобразила улыбку, которая, надеюсь, помогла скрыть, что мне нужно было срочно сменить трусики.

— Райан, — Уильям указал на меня, — это Эмили. Эмили, это Райан. Он управляет пекарней моей жены, которая благодаря телевизионному конкурсу стала весьма популярной. Так уж случилось, что ему срочно понадобился художник.

«Райан».

Это имя было мне знакомо. Я попыталась встряхнуть свою память, но с учебы в старших классах прошло немало времени, причем тогда я намерено вычеркнула из нее своего напарника по выпечке кексов. А вот сейчас могла поклясться, что его тоже звали Райан.

Вблизи ощущение их сходства только усилилось.

Парень протянул мне ладонь для рукопожатия.

«Надо же, как официально».

Нервно сглотнув, я все же пожала ему руку, хотя во всех моих фэнтезийных сценариях наш первый контакт был поцелуем. Я так глубоко погрузилась в свои мысли, что вместо ладони вцепилась в его средний и указательный пальцы. Но он благородно прикрыл мою неловкость, мягко притянув мою руку к себе в старомодной манере, отчего я вся аж зарделась.

— Привет, — смущенно пролепетала я."

"Райан прищурился и окинул меня оценивающим взглядом.

Если бы я не была убеждена, что мы незнакомы, я бы предположила, что у него сейчас такое же дежавю, как и у меня. Он склонил голову, видимо собираясь сказать об этом, но едва заметно мотнул головой, очевидно, сбрасывая наваждение.

— Так ты и есть та самая художница? Уильям хвалит твои работы. Я рад нашему знакомству.

— Признаюсь, я бедна и люблю рисовать картины. А также постоянно борюсь со всевозможными комплексами и эмоциональной болью. Думаю, это дает мне право называться художником, правда?

Райан ухмыльнулся и повернул голову к Уильяму.

— Я возьму ее.

— Куда? — быстро спросила я.

Парни явно еле сдержались, чтобы не заржать.

«Куда? Неужели я сказала это вслух?»

Мне срочно нужен был старомодный вентилятор, чтобы побыстрее остыть, или хотя бы холщовый мешок на голову, чтобы не сгореть со стыда.

— Образно говоря… — начал Райан.