Он плакал и смеялся, входил во Врата и ждал, ведь девочка тоже искала его, не могла не искать… Порой его охватывало безумие, он выныривал в мирах, где шла война, и бросался в бой, не разбирая, против кого и за что сражается. Из него получился хороший солдат и о нем даже ходили легенды… несколько коротких лет. В одном мире его назвали вождем. Там он и остался. Если Тень не хотела привести его к девочке – он был готов взорвать Тень. Мальчик поклялся, что создаст новую империю, завоюет всю Вселенную и отыщет свою девочку. Он не знал, как много мальчиков до него уже клялись в этом…

– Ты не нашел? – спросил я.

– Нет. Потом, когда мальчик вырос и стал умнее, когда перестал в забытьи звать подруг именем девочки, он понял, в чем было дело. Просто он любил… он пылал ослепительным светом… а девочка светила отраженным. И не за что ее винить. Она сама верила, что им предстоят вечная жизнь и вечная любовь. Но Тень… Тень знала правду. И подарила ей свободу.

– Ты не можешь ее забыть? Не можешь простить Тень?

– Забыть… я давно ее забыл, Петр. Я почти не помню лица. Меня и Раду соединяет в сотню раз больше воспоминаний, больше радости и грусти, чем того мальчика с той девочкой.

Я не могу простить другое, Петр. Тот миг… когда впервые прошел Вратами. Запах моря, плеск волн, багровое небо – был закат… Миг восторга – краткий миг, когда все еще впереди и мы были вдвоем. А потом я посмотрел на свою руку – пустую, сжатую в кулак. Закат погас, море умерло, а мальчик закричал от боли. Вот этого – этого я не простил, Петр.

– Тень не приносит счастья.

– Тень дает свободу. А как ею распорядиться – личное дело каждого. Если твое счастье вылеплено из чьей-то несвободы – тебе не повезло.

– Значит, счастья нет.

– Значит – нет. Петр, если ты искал идеальный мир, который поможет вам, принесет процветание, безопасность и счастье, – ты ошибся. По крайней мере в одном пункте.

– Я искал лишь свободу, Кэлос.

– Ну? Ты ее нашел. И много ли тебе от этого радости?

– Не много. И теперь я не знаю, что мне искать.

Мы замолчали. Флаер несся над планетой, вокруг сверкали звезды. Далекие, красивые, свободные, скованные единой цепью звезды.

Из чего выбирать, если ни одно решение не даст правильного ответа?

Суровая мечта геометров?

Злая практичность Конклава?

Равнодушная вседозволенность Тени?

Когда есть лишь две альтернативы – всегда можно надеяться на третью.

Но лишь в сказках третий сын побеждает дракона, а третье желание оказывается верным.

В мирах несвободы, в мирах жестко ограниченных прав, в мирах вольной анархии – всегда и всюду люди обречены страдать. Терять, искать, ошибаться. Причинять боль и терпеть муки. Мне нужно то, чего никто не в силах дать. Мне нужен рай, а рая просто нет."

"– Тебе тяжело, – сказал Кэлос. – Я понимаю.