Куда-то ненадолго скрывшись за дверью, второй охранник вскоре вышел и объявил, что «госпожа Тереза готова встретиться и ответить на вопросы уважаемых сеньоров».

Крячко и Константин зашагали следом за ним по длинному безлюдному коридору с двумя десятками дверей, обозначенными номерами и условными знаками. Из двери с номером семь вышел и направился мимо них к выходу сеньор лет за пятьдесят, а появившаяся следом юная особа с одним лишь банным полотенцем на плече поспешила скрыться за дверью с табличкой, на которой был изображен душ.

Заглянув в гламурно обставленный кабинет, где за столом восседала сеньора в годах, охранник скороговоркой сообщил, что «господа из России прибыли», и, отойдя в сторону, пропустил визитеров.

Стас и его спутник огляделись по сторонам и, издав дружное «Гм!» при виде украшающих стены гобеленов нескромного содержания, сели на предложенные им то ли короткие диваны, то ли излишне широкие кресла. Хозяйка салона приветливо улыбнулась и, пожелав гостям доброго дня, спросила, что могла бы им предложить – кофе, текилу, сигару, кальян?

Вежливо ответив на приветствие, Крячко отказался от напитков и табака.

– В таком случае, я вас слушаю, – сказала женщина.

Стас достал из кармана фото Горбылина. Повертев снимок в руках (как догадался Крячко, его собеседница прикидывала – стоит ей узнавать клиента или нет), госпожа Тереза, наконец, подтвердила, что этот сеньор – один из постоянных клиентов ее заведения.

– Он большой любитель женщин! – многозначительно отметила она. – И каждый раз требует себе новую. Последние несколько дней его нет, но, думаю, сегодня-завтра он должен появиться.

– Да, нет, уважаемая сеньора, этот господин больше не появится.

Нигде и никогда… – с подобающим случаю скорбным выражением лица сказал Станислав.

– Его арестовала полиция? – брови госпожи Терезы поднялись высоко, а в ее глазах отразились удрученность и недоумение.

– Нет, он умер… – сообщил Стас. – Мы расследуем этот случай и пытаемся понять, что же произошло – смерть от естественных причин, убийство или суицид.

– Помилуй меня, пресвятая дева Мария! – воскликнула хозяйка салона. – Какой ужас! Но почему вы считаете, что он мог покончить с собой? Он был такой жизнелюб, что о самоубийстве речь вообще не может идти!

– Почему же это не может? Причины бывают разные… – не согласился Крячко.

 – Например, он мог подцепить ВИЧ. А почему бы нет? Недели полторы-две назад он самостоятельно лечился от гонореи. Где-то ж он ее подцепил?

Госпожа Тереза упреждающе вскинула руку.

– Но только не у нас! – категорично заявила она. – У нас, у каждой из массажисток, при себе электронный «паспорт здоровья», с отметкой о ежемесячном прохождении проверки у венеролога.