И не побоюсь огласки! — как-то жалко выкрикиваю я, впервые раздражаясь от собственного писклявого голоса

— В полицию.

— Что?!

— Менты переименовались в полицию с две тысячи одиннадцатого года. С марта, кажется.

— Неважно!

— Твоя правда. Одна фекалия на выходе.

Один шаг! Всего какой-то один шаг в мою сторону, и Волков оказывается прямо напротив меня. Сжимаю в руках полотенце и шумно сглатываю, когда наконец до меня доходит, что в сантиметре от моего тела находится полуобнаженный мужчина, а может и меньше, судя по тому, что у меня возникает стойкое ощущение, что наши тела соприкасаются друг с другом. Кажется, у меня начинают колоть подушечки пальцев на руках, и скорее не от страха, что он мне что-то сделает, а от того, что сама не спешу ничего сделать в ответ. Например, оттолкнуть его или хотя бы наступить на ногу, да что угодно!

— Ты знаешь, я почти уверен, что я уже тебе нравлюсь, — начинает Волков, едва касаясь моих волос одной рукой. — Правда, заложенные в тебя с детства правила вряд ли так спокойно и быстро дадут принять и осознать сей факт.

— Чушь, — не раздумывая отвечаю я, зафиксировав взгляд на его шее. Ну а куда мне собственно смотреть, не поднимать же на него голову. Много чести, не дождется.

— В противном случае, — совершенно не обращая внимания на мою «чушь». — Ты бы как минимум сбежала из ванной. Вот даже сейчас, я стою напротив тебя, но ведь не удерживаю, не напираю, просто стою. Почему ты не уходишь? — я бы тоже хотела знать ответ на этот вопрос, черт возьми!

— Говорят, предполагаемого насильника нельзя злить. Вот я и стою, пытаясь вас не бесить, — я действительно сказала эту чушь вслух?! К счастью, Кирилл Александрович в ответ на мою ахинею только лишь рассмеялся.

— Забавная ты, Свет. И кстати, — убирает прядь моих волос назад, оголяя шею, едва касаясь пальцами кожи, и медленно тянется к моему лицу. Да что ты стоишь, дура?! — Тебе очень идет твоя фамилия, — шепчет мне на ухо. — Самая настоящая Зайка, — секунда и он отстраняется от меня с улыбкой на лице. — Пора бы и честь знать.

— Вы уходите?

— Нет, конечно, потрахушки буду устраивать. В смысле постирушки, — быстро добавляет он, наверняка забавляясь моей реакцией. — У меня кофта в твоей биологической жидкости, кровушки в смысле.

Хотелось бы мне сказать, что он просто меня разводит, но нет, действительно как ни в чем не бывало включает воду и начинает застирывать кофту! Что за ерунда творится в моей жизни?

— Свет, ну будь ты гостеприимной хозяйкой, сделай мне кофе. Если его нет, то так уж и быть-чай. Обещаю, как только я узнаю интересующие меня вещи, и мы немножко пообщаемся, я уйду, оставив тебя в гордом одиночестве. Давай, давай, иди, моя хорошая.

Бесхарактерная, слабовольная дура! И ведь действительно иду на кухню и ставлю чайник.