Аннабель не знала, сколько джентльменов танцевали с ней по просьбе мистера Грея и сколько — потому что с ней танцуют другие, но отчетливо осознавала, что стала «последней модой». По крайней мере, на эту неделю.

Давешняя прогулка в парке сработала, равно как и поход к Гюнтеру. Весь бомонд видел Аннабель в компании мистера Грея, который (по его собственному выражению) вел себя, словно влюбленный идиот. Он на виду у всех отъявленных сплетников целовал ей руку и смеялся ее шуткам, а стоило кому-то приблизиться к ним, смотрел ей в лицо с неизменным обожанием (но без похоти!).

И да, он употребил в разговоре с ней слово «похоть». Ей бы стоило возмутиться, но… в устах мистера Грея все звучало так забавно! Аннабель не смогла удержаться от смеха, а мистер Грей заявил, что это только справедливо, поскольку он жестоко страдает, когда именно он все время смеется над ее шутками, а не наоборот.

От этого заявления она снова рассмеялась.

На другой день после первой прогулки они вновь разыграли свое маленькое представление, а сегодня утром устроили пикник с сэром Гарри и леди Оливией. Мистер Грей вернул Аннабель бабушке со строгим наказом ни в коем случае не приезжать на бал к Хэртсайдам до половины десятого.

Экипаж Викерсов остановился у подъезда в девять сорок пять, а когда Аннабель через пять минут вошла в бальный зал, мистер Грей, по удивительному стечению обстоятельств, оказался у самого входа. Он беседовал с каким-то джентльменом, однако, увидев мисс Уинслоу, немедленно прервал разговор и подошел к ней.

И Аннабель подозревала, что при этом мистер Грей вовсе не случайно прошел мимо трех необычайно красивых леди.

Через пару минут они уже танцевали, а спустя еще пять ее пригласил тот джентльмен, с которым недавно беседовал мистер Грей.

И так далее — от русского принца, через обоих Бербруков, до самого лорда Роутона. Аннабель вряд ли хотела бы прожить всю свою жизнь в роли самой популярной девушки Лондона, но вынуждена была признать, что провести таким образом один вечер оказалось бесподобно весело.

К ней, сочась кислотой и ядом, подходила леди Туомбли, но даже ей не удалось придать слухам нежелательное течение. Куда ей равняться с леди Оливией: та (Аннабель это точно знала!) в разговоре с тремя ближайшими подругами невзначай упомянула, что мистер Грей, похоже, всерьез потерял голову.

— С тремя отъявленными болтушками, — пробормотал сэр Гарри.

Леди Оливия, как недавно поняла Аннабель, отменно владела механизмом сплетен.

— Аннабель!

Аннабель, увидев, что из толпы ей машет Луиза, присела перед лордом Роутоном в реверансе, поблагодарила за танец и подошла к кузине.

— Мы с тобой прямо двойняшки, — заявила Луиза, указывая на свое платье, которое оказалось почти того же полынно-зеленого цвета.