— Джедкинс упомянул, что заходили также Ребекка и Уинифред?

Аннабель кивнула, угадав, что речь идет о леди Вестфилд и леди Чаллис.

— Нас скоро буквально затопят визитеры. Прямо-таки затопят. — Леди Викерс прищурившись оглядела Аннабель. — Надеюсь, ты к этому готова.

Аннабель почувствовала, что в животе у нее бурлит нечто похожее на отчаяние.

— А мы разве не можем объявить, что нас нет дома?

Леди Викерс прыснула.

— Нет, мы не можем заявить, что нас нет дома. Раз уж накликала неприятности, так справляйся с ними, как подобает леди. А это значит, держи голову высоко, принимай всех посетителей до одного и запоминай все, что скажут, чтобы потом поразмыслить над каждым словом.

Аннабель села, затем снова встала: Джедкинс объявил о приходе новой группы гостей.

— Допивай-ка ты лучше свой бренди, — посоветовала бабушка. — Он тебе скоро понадобится.

Глава 12

Через три дня.— Если ты ничего не предпримешь, чтобы исправить все, что натворил, я перестану с тобой разговаривать.

Себастьян поднял глаза от яичницы и посмотрел в бесподобное в своем гневе лицо жены двоюродного брата. Оливия редко сердилась, и по правде говоря, этим зрелищем стоило полюбоваться.

Правда, следовало признать, что он лично предпочел бы им любоваться, зная, что гнев обращен на кого-нибудь другого.

Себ перевел взгляд на Гарри. Тот читал газету и только пожал плечами, как бы показывая, что все это не его дело.

Себастьян отпил глоток чаю, проглотил, потом снова посмотрел на Оливию, тщательно изображая на лице безмятежность.

— Прошу прощения, — произнес он приветливо, — ты ко мне обращалась?

— Гарри! — воскликнула она возмущенно. Но муж только покачал головой, не отрываясь от чтения.

Оливия угрожающе прищурилась, и Себ подумал: «Здорово, что мне не придется сегодня вечером оказаться, как говорят французы, “в ботинках Гарри”, когда придет время беседовать с женой один на один».

Хотя стоит надеяться, что Гарри к тому времени уже окажется без ботинок.

— Себастьян! — Сурово проговорила Оливия. — Ты меня слушаешь?

Он моргнул, пытаясь сосредоточиться на ее лице.

— Ловлю каждое слово, кузина, ты же знаешь.

Она с треском отодвинула стул и плюхнулась напротив Себа.

— А ты не собираешься позавтракать? — мягко осведомился он.

— После. Сперва мне надо…

— Я с удовольствием положу тебе на тарелку все, что пожелаешь, — предложил он. — В твоем положении, знаешь ли, не стоит пренебрегать правильным питанием.

— Мое положение сейчас волнует меня меньше всего, — ответила она, наставив на него изящный тонкий пальчик. — Сядь.

Себ вопросительно наклонил голову.

— Я, вообще-то, сижу.

— Ты порываешься встать.

Он повернулся к Гарри.

— Как ты ее терпишь?

Гарри впервые за утро оторвался от газеты и хитро усмехнулся.