Мне показалось, что сейчас почти невозможно представлять ее, единственную дочь Стэнли — его принцессу, единственную настоящую любовь всей его жизни. Он был готов умереть за нее. В тот день, когда я женился на ней, он плакал и говорил мне, что я исполнил его самую заветную мечту.

Темноволосый мужчина начал ее трахать, грубо всаживаясь в нее, словно хотел разорвать на части, но ее крики боли, смешанные с удовольствием, поднимались в ночном воздухе как крылья.

Наконец-то она нашла себе мужчину по душе.

3.

Бретт

Я отошел от окна, не испытывая ни единой эмоции. Только раздражение, что шоу перед моим окном, уничтожило все мои и так настолько слабые шансы снова заснуть. Я стоял у кровати, сгорбив плечи. Моя жизнь была сносной только из-за одного человечка.

Только одна душа могла вернуть покой в мое сердце."

"Надев маску на лицо и спрятав руки в халат, я вышел из своей комнаты. Никого не встретив, прошел из своей башни, которая была самой высокой и недоступной частью замка, направился в главную часть дома. Мне потребовалось всего пять минут, чтобы добраться до коридора, ведущего в комнату моего сына. Я уже взялся за ручку его двери, когда грохот в коридоре эхом отозвался в пустой тишине большого зала.

Я отпустил ручку и решил направиться туда.

Стоя в тени на нижней площадке парадной лестницы, я увидел свою жену, прислонившуюся к стене, ее тело покачивалось, пока она пыталась собраться с мыслями. Старинная бронзовая ваза каталась рядом по полу.

Оттолкнувшись от стены, она сбросила туфли, пошатываясь, направилась к лестнице. Она пыталась вскарабкаться по ней так, словно каждый шаг таил в себе опасность, будто земля под ногами могла подломиться и отправить ее прямиком в темную пропасть. Когда я повернулся, чтобы уйти, она видно заметила движение с боку, повернула голову в мою сторону. От шока, вызванного моим появлением, она отшатнулась назад, взмахнув руками, чуть не упав, в последний момент успела ухватиться за перила.

— Твою мать! — выругалась она, глядя на меня сверху вниз.

Я сделал еще один шаг в сторону комнаты сына.

— Постой! — обратилась она ко мне.

Я остановился и бесстрастно посмотрел на нее, пока она с трудом пыталась выпрямиться. Когда она все же смогла стоять самостоятельно, то обратилась ко мне без тени стыда или вины.

— Ты чуть не напугал меня до смерти, — обвиняя, произнесла она, положив одну руку на свое стройное бедро, а другой крепко держась за перила.

— Я не помню, когда в последний раз видел тебя трезвой, — заметил я.

Она склонила голову набок и уставилась на меня, пьяно раздумывая над моими словами.

— А я не могу вспомнить, когда в последний раз видела тебя без маски.

Я перенес вес тела на другую ногу, потому что та уже начала пульсировать и болеть.