00, но до этого мне нужно было принять ванну и одеться для первой половине дня.

Было уже 7: 30 утра, я плохо начала свой первый рабочий день.

12

Шарлотта

Быстро одевшись и даже не приняв душ, я поспешила в комнату Закари. Я обнаружила его крепко спящим. Как можно нежнее и аккуратнее разбудила его. Он, казалось, ничуть не удивился, открыв глаза, даже одарил меня ангельской улыбкой. Поскольку я все еще была для него практически незнакомкой, подумала, что он может заплакать или запротестовать, когда я начну его одевать, но он покорно стоял, позволяя мне надевать на него вещи.

Собственно говоря, он почти ничего не говорил.

Меня это несколько нервировало, потому что большинство детей наоборот, не могут остановиться, постоянно болтая. Дети болтают без умолку, им все очень интересно. В первый же рабочий день меня обычно засыпают разными вопросами личного характера. «Замужем ли я? Есть ли у меня дети? Почему? Хочу ли я детей, и так далее, и тому подобное.»

Вопросы от Закари. Ни одного.

Кроме того, он почти старался не смотреть мне в глаза. Быстро позавтракав тостами и яичницей, которую он съел без особого аппетита, почти машинально, я решила, что вести его гулять в сад не стоит. Ему была просто необходима умственная стимуляция. Возможно, от других детей или от нового окружения. По моему мнению, его могло подстегнуть поиграть в песочнице с другими детьми, скатиться с горки пару раз, может даже перекувырнуться.

Я спросила миссис Блэкмор, есть ли в деревне детская площадка, и у нее чуть глаза не вылезли из орбит. Прежде чем она успела открыть рот и напомнить мне о без апелляционном списке правил, я заявила, что разговаривала вчера с мистером Кингом, и он настоял, чтобы я отвела ребенка погулять. Я не стала упоминать, что получила от него разрешение погулять в саду. Несмотря на выражение страха на ее лице, она договорилась с шофером, который готов был отвезти нас через час.

Мы сели в маленький голубой «Роллс-Ройс». И на лице Закари появилось оживление, не долго и слишком сильное, но я все же посчитала это прогрессом.

— А куда мы едем?

— В парк на детскую площадку, — сказала я с улыбкой.

Он повернул голову и стал смотреть в окно. Когда мы проезжали мимо старомодной кондитерской, я велела водителю остановиться. Согласно моему списку «делай и не делай», все цветные сладости были строго под запретом.

— Пошли, — сказала я и, несмотря на спокойный взгляд шофера, повела ребенка в магазин."

"На двери висел колокольчик, который звякнул, когда мы вошли внутрь. Еще до того, как за нами закрылась дверь, наш нос наполнился сладким запахом сладостей во всех его видах. Глаза Закари стали огромными, как блюдца.

— Мне нельзя есть сладости, — мрачно сообщил он мне, — они вредны для меня. — Его глаза умоляли меня сказать, что на этот раз можно.