Всех остальных сотрудников она попросила покинуть огромную залу. Я смело встретилась с ней взглядом.

Некоторое время единственным звуком было постукивание ее каблуков по полу. А потом я заговорила, не собираясь доставлять ей удовольствие — властвовать надо мной.

— Я не крала ваши драгоценности, но, несмотря на это, я готова покинуть этот замок. Спасибо за предоставленную возможность здесь поработать. Мне нравилось работать здесь, несмотря ни на что.

— Нет, — едва сдерживаясь, воскликнула она. — Это не ты увольняешься по собственному желанию, а я тебя увольняю. И все присутствующие были свидетелями того, что ты воровка, поэтому советую тебе смиренно поджать хвост и убраться из моего дома. Я окажу тебе некоторую милость. Сохраню твой проступок в тайне, если ты больше никогда не вернешься сюда и не будешь пытаться связаться с моим мужем, иначе я сделаю все, чтобы все узнали, что ты воровка. А еще, чтобы все узнали, что ты любишь водить шашни с чужими мужьями за спиной у жен. Я тебя уничтожу, клянусь своей жизнью.

Я слушала ее, удивляясь, насколько такая женщина, как она, благословенная своей красотой, могла оказаться такой жестокой и никчемной. Неужели она не видела или не замечала насколько ей повезло в жизни? Она готова была все бросить ради дешевого секса с мужчинами, которым скорее всего было на нее наплевать. Я уже было открыла рот, чтобы заявить ей, куда она может засунуть свою глупую угрозу, когда в комнату вбежал Закари.

— Шарлотта, ты пойдешь со мной и мамой на пикник? — радостно спросил он.

Я отрицательно покачала головой.

— Нет, дорогой. На этот раз ты пойдешь только с мамой.

— О-о-о, — простонал он разочарованно.

Миссис Кинг сердито посмотрела на сына. Я понимала, что она безудержно кипит внутри.

— Закари, не будь плаксой. Выпрямись. Посмотри на свои руки. Они грязные. Дай мне взглянуть на них. Иди сюда.

Мальчик подошел к ней, она посадила его к себе на колени и начала протирать ему руки. Несколько секунд я молча смотрела на них. Их белокурые головки почти соприкасались. Закари был ее сыном. Не моим. Сколько бы я ни притворялась перед самой собой, он был не моим сыном, и она никогда не позволит ему испытывать ко мне какие-либо чувства, кроме ненависти. Я обязана была покончить с этим раз и навсегда. Все зашло слишком далеко. Я знала, что не смогу остаться вместе с ней под одной крышей ни на минуту дольше.

— Позаботься о Закари, — произнесла я ей. — Он замечательный мальчик.

— Убирайся, — приказала она, не поднимая глаз.

Снаружи меня поджидали двое сотрудников службы безопасности. Они проводили меня к себе в комнату, где мои вещи уде были собраны в чемодан.