Немного прожевав, я спрашиваю:

— А теперь?

— Хмм… — Он улыбается, опираясь на руку, как будто ему скучно. — Ты была хорошей девочкой в ​​последние несколько дней.

— Хмм… мне принимать это как комплимент? — шучу я, открывая рот, чтобы дождаться следующей порции.

Он просто смотрит на меня из-под ресниц.

— Знаешь… Мне нравится, когда этот твой красивый рот открыт. Пробуждает желание сунуть туда что-нибудь еще.

Мои щеки вспыхивают, а затем он суёт мне в рот еще один кусок блина, не давая мне отреагировать. Когда я проглатываю его, Феникс тянет меня за поводок и говорит:

— Покажи свою признательность, Принцесса.

Губки вверх.

Я закрываю глаза, когда он наклоняется, чтобы поцеловать меня в губы, его вкус смешивается со сладостью блинов. Он совсем не грубый, просто медленный и чувственный, что сбивает меня с толку, потому что я этого не ожидала. По крайней мере, не от него. Он всегда такой требовательный и стремительный, как будто хочет извлечь максимум из тех секунд, которые у него есть, а теперь отрывается. Облизывая губы, стону между каждым поцелуем. Его звуки и поцелуи очаровывают. Я марионетка для его желаний, и я даже не против.

— У тебя приятный вкус, Принцесса… — бормочет он мне в рот. — Как клубника в меду. — Феникс прикусывает губу и снова целует меня, крепко держа поводок, как будто боится, что я отодвинусь, если он этого не сделает. Я бы не стала, даже если бы он отпустил его полностью.

— Интересно, везде ли ты такая на вкус, — говорит он, вставая со стула, чтобы подойти ко мне. Притягивает меня для еще одного поцелуя, кладя свои загребущие руки мне на талию. Они медленно ползут к моей заднице, слегка сжимая, когда поцелуи становятся более глубокими и энергичными.

Феникс стонет в мой рот, оголяя все мои чувства, когда его хватка на поводке и заднице становится крепче.

— Иди сюда, — рычит он, внезапно поднимая меня с пола и сажая на стол.

Отодвигает в сторону тарелки и столовые приборы, освобождая место для того, чтобы я могла уместиться, пока он пожирает мой рот. Не знаю, откуда в нем столько похоти, но ни на что не жалуюсь. Я бы предпочла этого Феникса, чем желающего убить меня. Полагаю, я не единственная, кто сожалеет. Ведь мы когда-то были любовниками. Трудно не вернуться к былому.

— Черт, я хочу попробовать тебя на вкус, — бормочет он, целуя меня в грудь.

Крошечный розовый топик, который он купил для меня, сорван, ткань разорвана в лохмотья. Взяв мою грудь в ладонь, он приникает к ней губами и с силой всасывает. Так сильно, что заставляет меня громко ахнуть, и, когда кусает и дергает мой сосок, я визжу от возбуждения.

— Кажется, тебе нравится эта боль, Ванесса, — протягивает он, облизывая мой чувствительный сосок.

— Ну, я, черт возьми, не против, — стону я, когда он делает то же самое с другим.