— Ханьгуан-цзюнь, ох, Ханьгуан-цзюнь, взять без спроса — значит украсть. Как тебя тогда называли? Наследником знаменитого ордена? Образцом для подражания? Хорош образец — пьёт тайком сильнейший уксус и крадёт подаренный мне девушкой мешочек для благовоний, чтобы потом носить в нём деньги. Неудивительно, что придя в сознание, я не мог найти его, как ни искал. Если бы на шее малышки Мянь-Мянь сейчас не висел точь-в-точь такой же мешочек для благовоний, я бы даже не вспомнил о нём. Ты только посмотри на себя, ай-яй-яй. Признавайся. Как ты мог забрать его у меня, когда я был без сознания? Как долго ты ощупывал меня, чтобы его найти?

Лицо Лань Ванцзи на мгновение едва заметно скривилось, когда он протянул руку, чтобы отобрать мешочек. Вэй Усянь подбросил мешочек, уклонился от Лань Ванцзи и отошёл на пару шагов.

— Отбираешь силой, поскольку нечего сказать в ответ? К чему смущение? Смущаться из-за такого… я наконец понял, почему я такой бесстыдник. Нам действительно судьбой предназначено быть вместе. Всё потому, что весь мой стыд был вверен на хранение тебе.

Мочки ушей Лань Ванцзи слегка порозовели, но лицо осталось непроницаемым. Его руки были быстры, но ноги Вэй Усяня — ещё быстрее.

— Когда-то ты сам хотел отдать мне свой мешочек с деньгами. Так почему же сейчас не желаешь отдавать? Ты только посмотри на себя. Не только тайком воруешь вещи, у тебя ещё и тайная любовная интрижка. Да к тому же противоречишь сам себе. Испортился до мозга костей!

Лань Ванцзи одним прыжком настиг его и наконец поймал, крепко сжав в объятиях, а потом возразил:

— Мы совершили три глубоких поклона, так что уже считаемся… супругами. Назвать это интрижкой нельзя.

Вэй Усянь возразил:

— Между супругами не должно существовать такого насилия, как у тебя по отношению ко мне! Ты всегда заставляешь меня умолять тебя, и даже если я подчиняюсь, никогда не останавливаешься. Узнав, каким ты стал, все предки Ордена Гусу Лань наверняка сойдут с ума от ярости…

Не в силах больше это выносить, Лань Ванцзи наконец заткнул его рот своим.

Приложения:

(1) Гэгэ и Сюнчжан (именно второе использует Лань Ванцзи) — слова, применимые для обращения к старшему брату, только гэгэ — более родственное, а сюнчжан — более формальное."

"(2) Подобную причёску — два высоких хвостика, закрученные жгутами и убранные в кольца, в древности носили исключительно молодые незамужние девушки и девочки.

(3) В китайском фольклоре пожилая пара использовала деньги, чтобы охранить своего ребёнка от злых духов. В итоге это вылилось в традицию дарить детям на Новый Год красные конверты с деньгами.

(4) В древнекитайском стихотворении неизвестного автора есть строка «Мянь Мянь Сы Юань Дао», что переводится примерно как «Бескрайность тоскует по дальним краям».