«Все начать с нуля, — самонадеянно повторил Мейсон про себя, — это не так уж трудно, когда, ты из семьи Кепфеллов».

В отличие от Мейсона, Джо не считал, что начинать все с нуля так уж просто. К счастью или к несчастью, он не был Кепфеллом, а всего–навсего Перкинсом, и потому, с одной стороны, ему нечего было терять, а с другой, ему не на кого было рассчитывать. Он все еще блуждал в потемках между своим загадочным помощником и хозяйкой «Маленькой Каталонии», не понимая ни того, ни другого. Келли после той мрачной истории, которая закончилась так неприятно, он видел только на площадке для игры в поло в тот момент, когда Питер упал с лошади. Писем от нее он тоже не получал. Единственное светлое пятно на затянутом мрачными тучами небо был Круз, с его неизменной улыбкой на лицо. И то, что семья Кепфелла всячески обласкивала Круза, нисколько не влияло на отношения Джо к старому приятелю. Раньше перед жизнью они были равны, а вот теперь один — преуспевает, другой — нет. Джо относился к этому философски и не держал обиды на друга."

"Правда, поведение Кепфеллов вызывало вопросы у Джо, и он предпринял еще одну попытку прояснить тайну мотивов этой семьи. Он получил телеграмму, естественно, снова загадочную, как и все, что с ним происходило. Текст телеграммы был коротким: ему предлагалось в 11.30 отправиться по адресу: 165 Норд–Маунтин драйв и подпись — «Д». Джо начал уже привыкать, к этим таинственным посланиям, подчиняться и действовать, словно слепой, который беспрекословно подчиняется тому, кто его ведет. Джо решил отправиться по указанному адресу. Может быть, наконец, будет покончено с таинственностью этого Доменика. И может быть, он узнает, кому будет обязан неизбежным возвращением в тюрьму, когда его застигнут во время ближайшего ночного визита на виллу Кепфелл. Улица. Норд–Маунтин драйв находилась далеко, практически уже за городом. Времени у Джо было, в обрез, и он немедленно отправился туда. Действительно, это была самая окраина города, и сразу же за домами начиналось бесконечное маисовое поле. Тихая улица представляла собой зеленый оазис, и ее бледно–желтые здания — всего два–три строения — утопали в густых зарослях. Джо вспомнил, что в одном из этих зданий находится конный завод. В его интересе к лошадям не было той страсти, которая внезапно проснулась у Питера Флинта, но он не мог не знать, как и любой в Санта–Барбаре, популярности конного спорта и особой любви к нему Ченнинга–младшего.

Ченнинг Кепфелл–младший… Даже маисовое поле напомнило сейчас о нем. Поистине он повсюду стоял у Джо на пути. Перкинс прислонил велосипед к стене здания и только хотел осмотреть место, как сразу заметил девушку, которая быстро направлялась к своей машине, припаркованной чуть подальше.