Я не думаю, что говорила тебе, поэтому я хотела, чтобы ты знал.

Его рука обхватила мою щеку, его большой палец провел по моей челюсти и губам.

— Ты тоже рад, Аарон? – спросила я его, накрывая его ладонь своей.

— Я не думаю, что смогу выразить словами, насколько сильно, — он поднес мою руку к своему рту и провел губами по тыльной стороне ее. — И это не только потому, что мне каким-то образом удалось доставить тебя именно туда, где ты сейчас находишься.

— Прямо в твою постель? — я придвинулась ближе, мои бедра теперь касались его.

Он еще сильнее потянул меня за руку, побуждая придвинуться еще ближе.

— Да. Но и здесь, со мной тоже. Именно там, где я всегда хотел тебя видеть.

Я напевала, искры счастья вспыхивали в моей груди.

— Они полюбили тебя, ты знаешь? — я просунула голову в пространство между нижней стороной его челюсти и ключицей. — Я имею в виду, я не могу поверить, что собираюсь это сказать, но это довольно трудно не сказать.

Я поцеловала его в кожу, удивляясь, как я сама не поняла этого давным-давно. Какой… верный, заботливый и мягкий, он скрывался за всем этим хмурым видом. Хотя, может быть, так оно и было. Может быть, это объяснило бы, почему мне было так больно из-за того, что он оттолкнул меня в сторону. Из-за того, что он не хотел иметь со мной ничего общего. Из-за того, что он не впустил меня. Я покачала головой. Это не имело значения. Не сейчас."

"— Моя мама никогда так высоко не отзывалась о ком-то. Изабель сказала мне, что она не затыкается о тебе: «Аарон так хорошо говорит по-испански. Аарон такой высокий и красивый. У Аарона самые голубые глаза, которые я когда-либо видела. Ты видела, как Аарон улыбался нашей Лине? Он проделал весь этот путь из Америки, чтобы встретиться с нами». И она была не единственной. Я боялась, что Abuela попытается украсть тебя у меня, клянусь. Она была так… очарована, в какой-то момент это стало немного неловко, — Я слегка рассмеялся при этом воспоминании. — Ты думаешь, мне придется драться с собственной бабушкой из-за тебя?

Ожидая, что он усмехнется, я была потрясена, когда вместо этого он глубоко вздохнул.

Я посмотрела на него, не в силах разглядеть что-либо в темноте.

— Эй, что случилось?

— Все в порядке, детка, — в его голосе звучали какие-то эмоции, которые я не совсем понимала.

Я потянула за ткань его футболки, побуждая его рассказать мне.

Он снова вздохнул.

— Просто дело в том, что … У меня никогда такого не было. Никогда. Твоя семья такая…

— Беспорядочная? Громкая? Все время переступают границы дозволенного?

— Они такие, но в лучшем смысле этого слова, — он сделал паузу, его рука легла мне на затылок. Длинные пальцы пригладили мои волосы. — Ближе всего к этому я был, когда нас было трое, и каким-то образом я забыл, на что это было похоже.