— Мы знаем друг друга как друзей, и мы узнали друг друга лучше как пара, но быть семьей — это новый вызов.

— Мне нравится бросать вызов, и я знаю, что мы справимся с ним.

Аврора улыбнулась.

— Так и будет. — Она провела рукой по моей лопатке, затем вниз по спине, очень отвлекающим образом. — Консерваторы определенно будут сплетничать о наших новых условиях жизни.

— Дай им выговориться. Никто не посмеет сказать тебе что-либо в лицо, поверь мне. — Я заглянул ей в глаза. Отношения между нами были еще свежи, но в моем сознании не было никаких сомнений, что мы с Авророй состаримся вместе, если меня до этого не убьют. Может быть, она хотела, чтобы я задал этот вопрос? На самом деле я не видел необходимости в браке. Это всегда казалось таким излишним соглашением. Зачем кому-то нужно свидетельство о браке, чтобы быть счастливым? Но если Аврора хотела, чтобы мы сделали это официально таким образом… — Мы могли бы пожениться, если бы тебе от этого стало лучше.

Ее лицо исказилось от шока, но не от хорошего.

— Я не хочу выходить замуж из-за давления общества или потому, что ты думаешь, что я этого хочу. Я хочу, чтобы мы поженились, потому что мы оба этого хотим.

— Тогда мы, возможно, никогда не поженимся, потому что я просто не вижу смысла для брака.

Аврора сглотнула, но упрямый блеск в ее глазах остался.

— Тогда я не буду возражать. Я хочу, чтобы мы поженились по правильным причинам, и я хочу настоящего предложения!

Я усмехнулся.

— Обещаю, если я когда-нибудь найду вескую причину для женитьбы, то я выбью тебя из колеи своим предложением.

* * *

Я прибыл на нашу еженедельную деловую встречу на десять минут раньше. Удивление на лицах папы, Фабиано и Нино, которые уже были там, ясно дало понять, что они все еще не привыкли к моей ответственной стороне. Не только Рори должна была увидеть, что я нечто большее, чем сумасшедший убийца. Папе нужно было понять, что однажды я стану хорошим Капо и со своим безумием не стану причиной взрыва Каморры.

Я опустился в кресло напротив Фабиано. У нас с ним было что-то вроде перемирия, но я определенно нравился ему немного меньше с тех пор, как начал встречаться с его дочерью.

— Наверное, мне следует честно предупредить тебя, что однажды я, возможно, попрошу руки Рори.

Слова вырвались прежде, чем я успел их обдумать. Я все еще не был уверен насчет брака.

Выражение лица Фабиано исказилось от замешательства, а не от шока, которого я ожидал.

— И ты говоришь мне это сейчас?

— Значит, ты можешь смириться с этой идеей, — сказал я с усмешкой.

Папа и Нино обменялись взглядами, которые показывали, что они были потрясены больше, чем Фабиано.

— Если бы я не смирился с тобой и моей дочерью, ты бы уже знал это.