Невио был не из тех, кто делает татуировки с изображением красивых туристических направлений.

Он покачал головой, не сводя с меня напряженного взгляда.

— Нет. И если я когда-нибудь это сделаю, женщина, вдохновившая меня на создание этой татуировки, будет со мной.

— Может быть, я когда-нибудь с ней встречусь, — сказала я.

Он странно улыбнулся и придвинулся еще ближе. Мой взгляд метнулся к Баттисте, который сидел на заднице и спокойно играл. Почему он не мог устроить неприятности, когда я в этом нуждалась?

— Ты знаешь, что эта татуировка символизирует тебя, — сказал он. Он был так близко, что я могла бы дотронуться до трепещущих завитков северного сияния на его груди. Татуировка на его груди вблизи была еще красивее. Я никогда раньше не видела более красивого цветового сочетания. Затем мой взгляд зацепился за что-то на его запястье — красную татуировку «Б». Я тяжело сглотнула.

Он повернул руку, показывая мне татуировку.

— Как только я узнаю Баттисту лучше, я хочу добавить детали, характеризующие его.

Я сглотнула.

— Это не так просто, как сделать татуировку. Ты сбежал, потому что испугался ответственности. Теперь ты должен проявить себя.

— Я не боялся ответственности, Рори. Я был чертовски напуган собой или тем, на что я был способен.

Я всмотрелась в его лицо. Все в нем говорило о честности."

"— Тогда убегать на самом деле не имело смысла, не так ли? Ты не можешь убежать от себя, и, глядя на заголовки в Италии, ты продолжал идти туда, где остановился здесь.

— Я знал, что не смогу убежать от самого себя. Не в этом был смысл.

— Тогда в чем же? — Мне было трудно говорить тихо и ровно. Я не хотела, чтобы Баттиста заметил напряженность между мной и его отцом.

— Дело в том, что я оставил позади людей, которых хотел защитить от самого себя. Меня не волновал сопутствующий ущерб, который я оставил после себя в Кампании.

— Значит, убийство большего количества людей без какой-либо ответственности в Кампании заставило тебя измениться? — с сомнением спросила я. Казалось, он накормил своих демонов, а не морил их голодом.

Он медленно покачал головой и приспустил плавки на несколько дюймов. Я напряглась.

— Я просто хотел тебе кое-что показать.

Я оставалась настороже, пока не появились два ярко-красных круглых шрама рядом с его тазовой костью и над лобковой костью.

— Близкая смерть изменила меня. Около месяца назад в меня попали две пули. Меня хорошо отделали, и я чуть не истек кровью, прежде чем добрался до больницы.

— Почему твой отец никому не сказал? — Или они просто скрывали это от меня?

— Он не знает. Никто не знает. Альвизе был слишком напуган возможной реакцией отца, поэтому был рад сохранить это в секрете, когда я попросил его.