- Аааа!

Я скрежещу зубами и кричу от отчаяния. Мой разум крутится вокруг того, что эти люди могут от меня хотеть. Я ничего о них не знаю.      Ни кто они, ни какую организацию они представляют. Я продолжаю перебирать те немногие драгоценные факты, которые у меня есть.

Белый фургон. Должно быть он следил за мной с тех пор, как я покинула Стоунхарт Билдинг. По собственной глупости я отважилась войти в неизвестную, темную часть города. Но, черт возьми, похищения не должны происходить средь бела дня! Я думала, что самое большое, о чем я должна была беспокоиться, это камеры, которые могли следить за мной.

Это тоже не могло быть спонтанным. Эти люди знают, кто я. Они знают, что я связана с Джереми. Иначе зачем бы ему упоминать о выкупе? Он мог иметь в виду только Стоунхарта. И все же, это не то, чего они хотят. Если им не нужны деньги, тогда, Господи, это значит, что их финансируют. Конкурирующая фирма? Что еще? Это единственное, что имеет смысл. Мне вспомнились давние слова Робина. У Стоунхарт Индастриз есть грязные секреты. Мой разум мчится по самым ужасным тропам.

Связи с мафией. Бандиты. Оружие, наркотики и насилие. Это единственное, что я могу придумать, что позволяет мне понять все это. Черт, мне страшно. Им нужна информация. Какая информация? Если это касается Стоунхарт Индастриз, я ничего не знаю! Я работаю там всего несколько месяцев. Возникает новая, еще более пугающая мысль. Джереми отослал меня, чтобы защитить от опасности. Я думала, опасность миновала. Что, если угроза была именно такой?

Дверь распахивается. Я резко поворачиваю голову. Входит человек в маске.      Кто-то другой. Видны только его глаза. Громила. Настоящий великан. По сравнению с ним даже Джереми кажется маленьким.

- Ты, должно быть, голодна, - говорит он.

Он бросает металлический контейнер на пол.

- Вот. Ешь.

У него тот же грубый акцент, что и у первого. Определенно арабский. Он приседает позади меня. Я чувствую рывок, слышу щелчок, и следующее, что я помню, так это то, что мои руки свободны.

Он обходит меня, как медведь. Медведь с большими лапами. В его руке изогнутая сабля длиной с мою руку. Он указывает им на дверь напротив нас.

- Уборная, - ворчит он. Лезвие касается веревок вокруг моей ноги. - Ты будешь спать на полу. Понимаешь?

Он наклоняется ближе, пока его лицо не оказывается в дюйме от моего.

- Когда я отпущу тебя, ты не будешь драться. Ты не попытаешься сбежать. Да? - кончик его клинка упирается мне в ногу. - Иначе ты потеряешь две драгоценные ножки.

Он заглядывает мне в глаза. Нож давит еще глубже.

- Ну?

Я сглатываю и киваю так быстро, как только могу.

- Д-да, - заикаюсь я.

- Хорошо.

Мужчина встает. Я вскрикиваю, когда он без предупреждения взмахивает своим клинком, как косой в воздухе.