После смерти я не буду рабом злого Стоунхарта. После смерти видений больше не будет.

Поразительная мысль. Я дергаю себя за косу. Видения? Какие видения? Я уже ослепла...

- Лилли...пожалуйста. Вернись ко мне, любовь моя. Я знаю, что ты здесь. Я знаю, что ты меня слышишь. Я знаю, что ты можешь видеть.

Голос...такой знакомый. Чей он? Я не знаю. Знакомый, но в то же время другой, наполненный эмоциями, которых никогда не было раньше. Кто-то берет меня за руку.

- Вернись ко мне, - пальцы гладят мои костяшки. - Пожалуйста. Вернись ко мне. Пожалуйста.

От этого прикосновения по моей руке проходит тепло. Но чье это прикосновение? Почему я чувствую, что не должна игнорировать это, что я должна принять это? Почему я чувствую, что тепло может вытащить меня из темноты...

В одно мгновение мое зрение проясняется. Я вижу его, этого мерзкого, злого, ужасного человека, сидящего на кровати рядом со мной.

- Лилли..., - говорит Стоунхарт.

Нет. В последнем акте неповиновения я закрываю глаза и позволяю смерти овладеть собой.

Глава 49

Джереми

- Лилли. Лилли, проснись.

Нет ответа.

- Лилли. Черт бы тебя побрал, Лилли, вставай!

Нет ответа.

- Не оставляй меня. Не делай этого. Не сейчас. Не сейчас. ВСТАВАЙ!

Нет ответа.

Эпилог

Джереми

Спустя год. Декабрь 2015г.

- Джереми? Она не хотела бы так жить.

Я слышу слова, но не придаю им значение. Они отскакивают в какой-то отдаленной части моего сознания. Так же я отказываюсь придавать значение всему, что произошло за последние двенадцать месяцев.

Через три месяца после того, как Лилли впала в кому, Аттикус пришел ко мне и сообщил, что нашел постоянное противоядие. Лилли будет спасена. Ее нужно будет прооперировать, а потом дать отдохнуть. С ее бессознательным состоянием это было не проблемой. Я дал согласие. Я наблюдал из приемной, как мой брат вводил ей средство, которое должно было очистить ее разум от яда.

- Теперь нужно просто ждать, когда она поправится.

Что мы и делали. Что я и делал. Я был рядом с ней каждый день. Каждый божий день, начиная с этого момента, я оставался рядом с едва дышащей фигурой, которая должна была стать моей женой. Такая надежда наполняла меня в первые дни. О, как мало я знал...моя Лилли исцелилась.

Благослови тебя Господь, ее мозговые волны нормализовались. Яд был выведен. Она снова была цельной.

Но она не приходила в себя. Время, подумал я тогда. Мы должны дать ей время. Она придет в себя сама. Это мы тоже сделали. Мы дали ей время. Прошла неделя. Я не спал. Прошел месяц. Я почти ничего не ел. Два месяца. Три.

Она исцелилась, черт возьми, почему она не просыпается? В приступе ярости я тряс ее. Кричал на нее. Умолял её вернуться ко мне. Я брал ее за руку и шептал, что мы будем делать вместе, как муж и жена. Я рассказывал ей о местах, куда мы поедем.      О вещах, которые мы там увидим.