– Ну наконец-то! – повторила дамочка. – Полтора года под этим уродом… Всё. Ещё пару ночей и всё.

Но на этом «солнышко с арбузиками» не успокоилось – оно сжало в кулаке кулон с большим голубым агатом и прошептало:

– Кажется, нашла!

Глава 4

Это было так странно, так необычно… Вот входит светлость – статная, широкоплечая, с холёной, но исключительно мужской мордашкой. То есть никакой слащавости, присущей модникам. Никакой надменности – непременного атрибута подавляющего большинства людей его положения. Никакой злобы или брезгливости. Просто мужчина. Симпатичный, ухоженный, взвешенный.

Он открыто улыбается «солнышку», протягивает ей кортик, а она… От дамочки такой неприязнью веет, что драконий желудок сворачивается в трубочку, и это несмотря на вкуснючий торт.

Кстати, да, о торте – возвращаюсь к его уничтожению. На блюде ещё два куска осталось, таких же красивых, как остальные. С вишенками! Мне вообще-то никакого дела до людских разборок. Ну привораживает пышногрудая блондя Дантоса, и что?

– О! Какая красота! – В голосе «солнышка» слышится восторг. – Он, должно быть, древний? Должно быть… магический?

– В том, что древний, сомнений никаких. А на предмет магии ещё не проверял.

– Планируешь отдать на экспертизу?

– Да, но не сейчас.

– Почему не сейчас? – Теперь в голосе «солнышка» звучит удивление, а драконье чутьё… оно ещё и радость улавливает.

– Времени пока нет. К тому же дневники прадеда важней.

– Да? А что в них?

На губах светлости вспыхивает улыбка – как же, такой интерес к его делам…

– Пока не знаю. Пока пытаюсь подобрать шифр.

– О!

Кортик, кортик… а я тортик доедаю! Вот уже блюдо вылизываю! И с ужасом понимаю, что опять вкуса не чувствую. Но уже не потому, что голодная, просто аппетит пропал. Внезапно так, и без причины.

Почему я раньше на эмоции «солнышка» внимания не обратила? Почему не заметила? Ах, да… я была занята. Ничего кроме вкусняшки не видела.

– Дорогой, а хочешь, я сама кортик на экспертизу отнесу? У меня же лавка мага по соседству.

– Правда?

Должно быть, «солнышко» кивает, но мне не видно – скатерть слишком длинная, стол слишком высокий, а я… ну мелковата, что поделать? Зато, оторвавшись от блюда, вижу, как светлость откладывает вилку и нож, отодвигает тарелку и подхватывает чашку с чаем.

Запахов кориандра, полыни и велкорты в воздухе уже не чувствуется. Их даже драконий нюх уже не улавливает, что, впрочем, неудивительно – окно-то открыто. Блондинчик неспешно подносит чашку к губам, а я…

Нет, мне в самом деле всё равно. Мне глубоко плевать на отношения светлости с этой дамочкой! Просто я не терплю грязные игры. Воротит от них, ага.

Вскакиваю, грациозно переступаю через опустевший поднос и приподнимаюсь на задних лапах.