Забираясь во внедорожник, я чувствую, как в моей груди закипают гнев и разочарование.

Я хочу, чтобы наркотики Мигеля исчезли из моего гребаного города.

Я достаю свой телефон и захожу в групповой чат с другими главами Коза Ностры. Я начинаю видеозвонок, и когда отвечают только Анджело, Франко и Ренцо, хмурюсь.

— Где Дарио?

— Наверное, он в балетной труппе, — отвечает Ренцо. — Он занят предстоящим шоу.

Точно.

— Завтра в девять встречаемся у меня в клубе.

— Сегодня суббота, — бормочет Ренцо.

— К чему клонишь? — Спрашиваю я, вздернув бровь.

Он качает головой.

— Я буду там.

— Тебе лучше выпить побольше кофе, — говорит Франко.

Уголок рта Анджело приподнимается.

— Увидимся завтра.

Я завершаю разговор и смотрю в окно.

Карло отвозит нас в пентхаус, где ждет вертолет, и, когда мы поднимаемся на лифте на крышу, говорит:

— Будет здорово провести выходные дома.

Я просто киваю, а мои мысли переключаются на другую проблему.

Прошла неделя с тех пор, как я оставил Габриэллу в особняке.

Я не буду поднимать вопрос о браке по расчету с Дарио, пока не закончатся выступления балетной труппы.

Мы забираемся в вертолет, и когда он поднимается в воздух, я смотрю вниз на свой город.

Я вкалывал как проклятый, чтобы сделать себе имя. Кровь, которую я пролил, образует красную дорожку на улицах, где все знают мое имя.

Я хочу, чтобы Мигель умер.

Пока мы пролетаем над Лонг-Айлендом, где живет Анджело, я думаю о том, насколько насыщенной стала жизнь других мужчин. Анджело и Франко утопают в детском дерьме и подгузниках. Ренцо сосредоточен на своей женщине и ресторане, который он открыл для нее. А Дарио вкалывает в балетной труппе.

Как только я разберусь с Мигелем и устрою брак между Дарио и Габриэллой, я возьму небольшой отпуск.

Может быть, отвезу маму куда-нибудь. Она редко покидает особняк.

Вертолет приземляется на вертолетной площадке, и, выйдя из него, я оглядываю всех охранников, пока иду к французским дверям.

Переступив порог своего дома, я делаю глубокий вдох, чтобы насладиться знакомым воздухом, а затем медленно выдыхаю.

Я иду прямо в свои апартаменты и, закрыв за собой дверь, позволяю темноте окутать меня. Мои глаза закрываются, и я упиваюсь тишиной.

Я всегда был немного затворником, и общение с людьми выматывает меня до глубины души.

Сделав еще один глубокий вдох, я включаю свет и иду в ванную. Открываю краны и, пока вода нагревается, снимаю костюм.

Положив свой Glock на стойку, мой взгляд падает на свое отражение в зеркале. Глядя на себя, я замечаю тонкие морщинки вокруг глаз.

Я вижу безэмоциональное выражение лица и пытаюсь вспомнить, когда я в последний раз испытывал хоть какие-либо эмоции.

Я хмурюсь, когда в голове проносится воспоминание.