— Думаю, он долго не протянет, — бормочет Карло.

К сожалению, я согласен. Этот ублюдок гораздо слабее, чем я думал.

Стефано чуть не обделался, когда Эмилио вернулся в комнату с металлическим ведром, паяльной лампой и клеткой с крысами

— Dio! Нет! Misericordia, per favore19, — молит он о пощаде.

— Снимите ремень и привяжите к нему крыс, — приказываю я.

Эмилио снимает ремень, а Бобби помогает переместить крыс в ведро, после чего они прикрепляют его к нему.

— Нет! Нет! — Истерически кричит Стефано. — Неееет!

Я беру паяльную лампу, включаю ее и, поднося пламя к задней стенке ведра, наблюдаю за тем, как Стефано сходит с ума.

Вот что ты получаешь за то, что связался со мной.

Когда крысы пытаются спастись от жары, они начинают царапать и вгрызаться в живот Стефано, и я наслаждаюсь каждым мучительным криком, пока его тело не сотрясается от того, что крысы прокладывают себе путь через его кишки.

Когда его голова наклоняется вперед, Эмилио проверяет пульс. И только после того, как он кивает, я выключаю паяльную лампу.

— Бобби, прикажи своим людям навести порядок, — приказываю я.

— Сделаю, босс.

Когда я выхожу из комнаты в сопровождении Карло и Эмилио, уголок моего рта приподнимается.

Наконец-то я могу взять гребаный отпуск.

Глава 44

Габриэлла

Хотя у меня не было особого аппетита, я приготовила Coda alla vaccinara для мамы, зная, что она любит бычьи хвосты.

Надеюсь, Стефано будет очень страдать.

Я только об этом и думаю с тех пор, как мы вернулись домой после похорон.

Не могу поверить, что тети Греты больше нет.

Я бросаю взгляд на маму, которая сидит в кресле с закрытыми глазами.

— Как ты, мам? — Бормочу я.

Она медленно открывает глаза и тяжело вздыхает.

— Я продолжаю прислушиваться к Грете. Без нее здесь так тихо.

Я знаю.

— Может, мне включить телевизор? — Спрашиваю я.

Она качает головой.

— Вообще-то я устала, cara. Пойду-ка я спать.

— Давай я провожу тебя до комнаты.

Я встаю со стула и помогаю маме подняться на ноги.

Пока мы идем к ее спальне, я обхватываю ее за плечи и обнимаю сбоку, затем говорю:

— Пожалуйста, дай мне знать, если я могу что-то сделать, чтобы тебе стало лучше.

Мы останавливаемся возле ее двери, и она нежно гладит меня по щеке.

— Ты уже помогаешь, mia figlia20.

Услышав, как она называет меня своей дочерью, я крепко обнимаю ее. Затем хриплым голосом шепчу:

— Ti voglio bene, мама.

— Ti voglio bene, cara. — Любящая улыбка приподнимает уголки ее губ. — Ты настоящее благословение для меня.

Я отстраняюсь и с трудом сдерживаю слезы.

— Надеюсь, тебе удастся хорошо поспать.

Мама ободряюще похлопывает меня по плечу, а затем я наблюдаю, как она заходит в свою комнату и закрывает за собой дверь, чтобы побыть одной.

Плотнее закутавшись в кардиган, я иду к лестнице, чтобы подняться в свою спальню.