Туда ходят обеспеченные и наверняка здоровые девушки."

"– Ну будем надеяться, что так и есть. Ты забыла включить духовку для разогрева.

– Точно.

– Кстати, я звонил тебе на новый мобильник. Ты почему трубку не брала?

– Он на беззвучном был.

– Ну ладно. В следующий раз включи на режим со звуком. Готовь. Жду твоих кулинарных шедевров.

Бред какой-то. Если папа все знает, какой ему смысл давать нам тайно переписываться и отпускать меня на волю, где мы можем встретиться? И почему тогда папа еще не подверг Медведева хотя бы словесному запугиванию оторвать ему все имеющиеся конечности? Так, стоп.

Миша вообще жив?!

Забегаю в ванную, включаю воду и набираю Медведева.

– У тебя все хорошо?

– Не очень.

– Что случилось?!

– Да долбанулся ногой о диван. Мизинец в хлам.

– Ты нормальный вообще?

– В целом да. А что не так?

– Я говорила о тебе, а не о мизинце. Мне кажется, папа обо всем догадывается. Вот что не так. Он очень странно на все намекал. Я не хочу делать начинку в фарш из тебя!

– Успокойся. Максимум покалечит.

– Я не понимаю, откуда у тебя такое спокойствие в голосе?! Еще недавно на даче ты мне говорил, что мой папа может навредить твоей семье.

А теперь, как оказалось, это не только Наташа, но и твой сын. И что, тебе уже не страшно?

– Я немножко ебнулся на фоне тотального пиздеца, творящегося в моей башке, поэтому нет, как-то малость отпустило.

– Это… это как вообще можно понять этот набор нецензурной лексики?

– Ой, сложно понять. Свыкнуться еще сложнее.

– Миш, ты там что-то принял? Пьешь, что ли?

– Пью. Кофе. Тотальный пиздец, творящийся в моей башке – это мысленно обведенное тридцатое февраля в календаре. Сложно свыкнуться, знаешь ли, – когда до меня доходит смысл его слов, я, сама того не осознавая, начинаю улыбаться.

– Дурак.

– Есть немного. Может, ну его нахер все?

– Что все?

– Прийти к вам в гости, напоить твоего отца, поговорить.

– Нет. Слишком резко. Я еще не смогла показать ему, что я хорошая дочь. Как я докажу ему, что ты хороший?

– Я для него никогда не стану хорошим. Вопрос лишь в банальном принятии и времени.

– Нет. Подожди. Недельку хотя бы. Мне нужно с ним контактировать. Узнать про его женщину. Сам же говорил про то, что надо наладить контакт.

– Да мало ли что я говорил, – вот тебе поворот.

– Мне кажется, все это херня собачья. Ладно, давай неделю еще подождем.

– Давай. А скинь мне адрес, где лежит твой сын.

– Зачем?

– Чтобы знать, где он находится.

– Маша…

– Скинь адрес. Я никуда пока не собираюсь.

– Ты за идиота меня держишь?

– Нет. Все, мне некогда, скидывай адрес.

***

Я с какой-то фанатичностью вот уже который день подряд просматриваю фотографии Мишиного сына, скинутые Наташей. На душе смешанные чувства. С одной стороны, восхищаюсь Мишей, с другой – злюсь на него за то, что мальчик живет не с ним.