Если благодаря этому он не убьет сегодня Алессио, Массимо или Невио, то мне было все равно, выкурит ли он еще пару сигарет.

— К черту. Мы не потребляем свой собственный продукт! — прорычал отец.

— Это не наш товар. Джанна купила его у русского дилера. Она говорит, что их продукция лучше и дешевле, над чем нам, кстати, нужно поработать.

Римо закрыл крышку своей фляги и подтолкнул ее ко мне. — Я оставляю вас наедине с вашими рассуждениями о плачевном состоянии вашего производства наркотиков и иду к своей дочери.

Я знал, что сегодня он будет угрожать мне еще несколько раз. Наверное, я был бы разочарован, если бы он этого не сделал. Грета заслуживала, чтобы с ней обращались как с королевой.

Отец шагнул ко мне сзади, и наши глаза встретились в зеркале. — Не пей эту дрянь. Сегодня ты должен быть в здравом уме."

"Маттео похлопал меня по спине и забрал у меня флягу. — Он прав. Я позабочусь об этом. — Когда он выходил, он сделал большой глоток из фляги.

Отец вздохнул. — Если этот день закончится без кровопролития, я буду считать его успешным.

Я рассеянно кивнул и разгладил свой серебряный галстук. Отец положил руку мне на плечо.

— Я прослежу, чтобы сегодня все вели себя хорошо. Этот день принадлежит тебе и Грете.

— Спасибо, папа.

Он похлопал по месту над моим сердцем. — Я должен был позволить тебе следовать за своим сердцем, должен был знать, что если ты так рискуешь ради женщины, то это серьезно. Я пытался заставить тебя отдать предпочтение татуировке, а не сердцу, хотя никогда не делал этого с тех пор, как женился на твоей матери.

— Это прошлое, а сегодня мы начинаем новую главу.

Отец кивнул, затем его выражение лица стало предупреждающим. — Не думаю, что это необходимо, но я все равно скажу тебе. Обращайся со своей женой сегодня как с королевой. Фамилия — это место, где можно потерять контроль и позволить монстру выйти наружу, а не твой брак или семья.

— Тебе не нужно говорить мне, папа, потому что ты показывал мне всю мою жизнь.

Отец отступил назад с контролируемой улыбкой, но я видел намек на эмоции в его глазах.

Когда он ушел, и я остался один в комнате, я глубоко вздохнул.

Это было оно. Момент, которого я ждал слишком долго. Я женился на женщине, которую любил всеми фибрами своего существа.

Сегодня не будет кровавой свадьбы, но для того, чтобы эта свадьба состоялась, было пролито много крови. Мы все проливали кровь, а некоторые умерли, потому что не хотели, чтобы мы с Гретой поженились.

Папа кивнул мне с первого ряда. Он прикрывал меня. Он сделал то, чего так долго не хотел делать, и сделал кровавое заявление. Хотя традиционалисты заплатили кровью, они выиграли и на других фронтах. Их правила были усилены, и в некоторых областях Фамилия отступила назад.