Я не совсем поняла его выражение, только то, что оно заставило меня почувствовать себя невероятно увиденной и… возможно, даже любимой, потом я указала еще на нескольких животных, а Амо слушал, не перебивая меня. У меня создалось впечатление, что ему все очень интересно.

Через некоторое время он снова перестал смотреть на загон, а стал наблюдать за мной с выражением, от которого мое тело наполнилось жаром. Я повернулась и села на самую высокую доску.

— Я тебе надоела? — Я рассказывала о своих животных и всех их историях и особых потребностях в течение смехотворно долгого времени.

— Вовсе нет, — сказал он низким голосом, от которого у меня по спине пробежала дрожь. Он шагнул ближе и оказался между моих ног, обхватил мою щеку и наклонил мое лицо для поцелуя. Вскоре простой поцелуй превратился в нечто большее, и я почувствовала, что скоро могу вспыхнуть.

Его руки блуждали по моему телу, бедрам, ляжкам, спине, но никогда там, где я хотела. Я выгнулась навстречу ему, желая большего. Амо зарычал на мои губы и провел ладонью по внутренней стороне бедра, пока его пальцы не коснулись края моих трусиков.

Я обхватила ногами талию Амо, и он поднял меня с ограждения, его губы нашли мои для обжигающего поцелуя.

Его пальцы гладили меня по заднице, затем сзади между бедер. Когда он добрался до моей нежной плоти, я застонала, жаждая новых прикосновений. Я прижалась к нему, мои поцелуи стали нескоординированными, пока его пальцы дразнили меня сзади. Вскоре его палец снова скользнул в внутрь и наружу, пока он держал меня. Ощущения были невероятно сильными, когда наши тела сжимались, а мой вес давил на его палец.

Оставался легкий дискомфорт, но мое возбуждение затмило его.

Я начала вращать бедрами в мягком движении вверх-вниз, и наш поцелуй стал более глубоким, более чувственным. Моя хватка на плечах Амо усилилась, когда мои стенки начали спазмировать. Я раскачивалась сильнее, потираясь клитором о его пресс, пока его палец медленно, но глубоко двигался внутри меня. Казалось, что в моей сердцевине затягивается узел, готовый вот-вот разорваться. Я закричала ему в рот, когда оргазм пронзил меня насквозь, и с моих губ сорвался дикий иностранный звук. Узел лопнул, посылая волну похоти по всему моему телу.

Прильнула к нему, когда самые бурные волны моей разрядки прошли, и стала наслаждаться более мягкой колючестью между бедер. Я знала, что страсть может проявляться громко, что во время моих случайных блужданий по особняку я слышала, как мои родители или другие члены семьи занимаются сексом, но испытать это ощущение было чем-то совершенно пьянящим.

Я все еще жаждала большего. Возможно, я все еще чувствовала, что все это может закончиться в любую секунду, все еще казалось слишком сюрреалистичным, чтобы быть правдой.