— Только не это, Крент!

— Полуин, дура! Забудь имя Крент, пока я здесь.

— Полуин…

— Мистер Полуин. Будь почтительна.

— Мистер Полуин, — всхлипнула экономка, до смерти испуганная бесноватым взглядом маленького человечка. — Дженни, любовь моя, иди к Моргану и заставь его замолчать.

— Надеюсь, Морган вас убьет! — воскликнула ее дочь.

Иосия в ответ только рассмеялся:

— Осмелюсь заметить, что от меня не так просто избавиться. Если Морган не успокоится, скажи ему, что к нему скоро зайдет черный человек с коронованным черепом.

Дженни не поняла, что может означать эта угроза, но сочла за лучшее скрыться с глаз Полуина к своему безумному супругу.

Миссис Крент тяжело вздохнула и распахнула двери гостиной, а потом вошла туда вместе с ненавистным мужем. Тяжелым шагом она подошла к камину в другом конце комнаты и, поставив ногу на ступеньку, стала вытирать налипшую на ее туфлю грязь. Полуин зарычал от ярости и, бросившись вперед, схватил женщину за руку и начал ее выкручивать, пока та не закричала.

— Сначала принеси пожрать, — ухмыльнулся он, наслаждаясь выражением боли на ее лице. — Ты думаешь, я буду торчать здесь всю ночь? В доме есть слуги?

— Трое, — всхлипнула его жертва, возвышаясь над ним, словно слон над воробьем.

— Где они?

— Наверное, уже легли спать.

— Вот пусть и спят дальше. Не хочу, чтобы кто-то знал о моем визите. Как слуга сэра Ганнибала я должен беречь свое доброе имя. Ступай, принеси мне попить и поесть, да смотри, держи язык за зубами.

— Да, да, Самюэль.

— Я же сказал, меня зовут Полуин! А для такой шлюхи, как ты, — мистер Полуин!

Полная женщина поспешила прочь со всех ног. Ее муж с довольной улыбкой посмотрел ей вслед, а затем уселся в кресло рядом с пылающим очагом.

Он снял сапоги и вытянул свои маленькие ножки к огню, вытащил сигару и зажег с видом человека, довольного жизнью. Вдохнув ароматный дым и выпустив целое облако, он по-хозяйски оглядел великолепно меблированную комнату. Боуринг не жалел денег на то, чтобы привести Грандж в порядок.

— Мое, — протянул Иосия глубоко затянувшись. — Мое, — повторил он, облизав тонкие губы. — Как приятно вернуться домой."

"Однако госпожа Крент явно не разделяла его благодушного настроения. Она вернулась в комнату и поставила на стол поднос, укрытый белой тканью.

На нем стояла тарелка тонко нарезанной ветчины, масленка с кусочком масла, горшочек паштета и бутылка превосходного портвейна. Рядом лежал твердый хлеб. Полуин, который, насколько она помнила, был гурманом, бросил довольный взгляд в сторону подноса.

— Поставь поднос на маленький столик и неси его сюда! — скомандовал он, указав сигарой, куда именно необходимо поставить столик.

Мария послушно перенесла столик и установила его так, чтобы ее мужу было легко до того дотянуться.