Еще у него на лице красовалась щетина, и мне было трудно не представлять, как я трусь о нее щекой. Его взгляд был беспечным; так было всегда, но теперь эта беспечность казалась по-мужски сексуальной.

— Помнишь, я отращивал их для жизни в Калифорнии?

Я рассмеялась.

— Да, такой дурашка. — Я перестала жевать, когда поняла, что он не улыбался. Я сглотнула. — Что я такого сказала?

— Ничего. Просто… когда тебя увезли, я так запутался… и постриг их. Вроде как потерял всякую надежду на Калифорнию.

— Ох, — вымолвила я тихо. — Мне так жаль.

— Ну, ты же не виновата, — сказал он.

Я подняла руку и прошлась пальцами вдоль его челюсти. Он закрыл глаза.

— Джейсон Дин Колбертсон, как ты стал таким чудесным?

Воцарилась тишина. Не открывая глаз, он сказал:

— Ты меня таким сделала, Эм.

Я должна была бы принять комплимент, но это было слишком громкое заявление.

— А вот я совсем так не считаю. Я была в беспорядке. Знаешь, сколько сеансов терапии мне понадобилось?

Глядя на мои губы, он провел большим пальцем по моей нижней губе.

— Но сейчас ты не в беспорядке.

— Как ты справлялся со всем, когда я уехала?

— Как уже говорил: я написал книгу.

Она провела меня через это.

Он слегка наклонился, наши тела были всего в сантиметрах друг от друга. Похоже, он собирался меня поцеловать.

— И еще тебе помогла куча женщин? — сказала я.

— Да, есть такое дело, — его губы поджались в скупой улыбке. — Я этим не горжусь. Всегда искал в них тебя.

— Я единственная в своем роде, — рассмеялась я.

— Мне ли не знать, — сказал Джейс серьезно.

— Мне нужно прояснить отношения с Тревором, — предупредила я.

— Знаю.

Он смотрел вниз на свои руки.

— Даже сейчас мне не следовало бы быть с тобой.

— Ты в самом деле так думаешь, Эм?

— Из уважения к нему. Он хороший человек.

— Ладно, хорошо. Я понимаю.

Он попытался встать, но я притянула его обратно.

— Но вот что странно: я вовсе не чувствую, что изменяю ему, когда я с тобой.

— Мы друзья, и ты ничего такого не сделала. С чего тебе так себя чувствовать?

— Мы поцеловались, — напомнила я.

— Я поцеловал тебя, — ответил он, посмотрев на мои губы.

Мне было трудно подобрать нужные слова. Эмоции все затмили."

"— Дело в том… видишь ли, когда я с ним… это странно, но мне кажется, что я изменяю тебе.

 — Он посмотрел мне в глаза, а затем взял меня за руку. — Я чувствовала это еще до того, как ты вернулся в мою жизнь. Вот что ты сделал со мной, — сказала я.

Джейс так глубоко укоренился в моем сердце, что, когда мы расстались, он продолжил в нем прорастать. Мы не были вместе, но он всегда оставался внутри меня, словно был частью моей души. Я отчаянно пыталась отрицать это и забыть о нем, но даже сеансы терапии не смогли выкорчевать Джейса из моего сердца. Мы — части друг друга.