Мне кажется, я дал ей достаточно времени, чтобы прийти в себя после потери девственности.

Глава 23

Тори

Зажегши две свечи, я быстро закрываю шторы, чтобы в комнате стало темнее.

Я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на интимный уголок обеденного стола, и, довольная тем, что он выглядит романтично, спешу обратно на кухню.

Я хочу, чтобы сегодняшний вечер был особенным для Анджело. Это мой способ сделать попытку стать ближе к нему.

Я приготовила запеченные баклажаны с расплавленным пармезаном и запеченную утку с ежевично-апельсиновым соусом.

Перед тем как Рита ушла, она показала мне винный погреб и помогла подобрать идеальную бутылку к нашему ужину.

Я достаю из холодильника охлажденное Romanee-Conti и, взяв штопор, пытаюсь понять, как работает это приспособление.

— Нужна помощь? — неожиданно говорит Анджело позади меня.

— Боже! — Я испуганно хихикаю, а затем бормочу: — Пожалуйста.

Хотела бы я, чтобы этот человек издавал звуки при ходьбе, чтобы я слышала, когда он входит в комнату.

Я протягиваю ему бутылку и штопор.

Он проверяет этикетку. — Хороший выбор.

— Рита помогла мне выбрать вино, — говорю я, окидывая взглядом выцветшие голубые джинсы и белую футболку, в которые он одет.

Мой взгляд останавливается на его босых ногах, и я почти могу представить, что он обычный мужчина.

Но это очень далеко от истины.

Мое внимание привлекают его сильные руки, когда он выкручивает пробку из бутылки, и я любуюсь венами, бегущим по его рукам.

Пробка вылетает, и он возвращает мне бутылку.

— Что еще я могу сделать?

Я качаю головой. — Ты можешь присесть за обеденный стол.

Я выхожу за ним из кухни и замечаю пистолет, засунутый в пояс его джинсов. Это заставляет меня вспомнить, кто такой Анджело.

Войдя в столовую, он смотрит на ужин при свечах, который я приготовила, и я пытаюсь оценить его реакцию.

Когда он садится за стол, его глаза перебегают на меня, а затем он спрашивает: — Мы что-то празднуем?

Я наливаю немного вина и сажусь слева от него. — Я просто хотела сделать для тебя что-то особенное.

Его рука накрывает мою, и он сжимает ее. — Спасибо, mia piccola cerviatta.

Когда я кладу на его тарелку пару ломтиков запеченной утки и немного баклажанов с пармезаном, я спрашиваю: — Почему ты называешь меня своим маленьким олененком?"

"Я не владею итальянским языком в совершенстве, но знаю достаточно, чтобы понять это ласковое обращение.

— Ты пуглива, как олененок.

Я накладываю себе в тарелку немного еды и смотрю на него, пока он откусывает.

Все во мне замирает, когда я внимательно наблюдаю за ним.

Его глаза закрываются, и он издает стон. — Господи, утка тает во рту. — Он открывает глаза и окидывает меня гордым взглядом. — Тебе следовало бы стать шеф-поваром.

Счастливая от того, что ему понравилась еда, я улыбаюсь как идиотка.