Что еще?

Как и накануне вечером, она смотрит на меня так, будто у меня выросли две головы. Вспомнив ее слова о том, что улыбка делает меня более открытым, я продолжаю кривить губы.

Ее глаза немного смягчаются. — Улыбка очень помогает.

— Я буду улыбаться чаще. — Я киваю. — Что еще?

Виттория наклоняет голову, продолжая смотреть на меня, затем, словно приближаясь к медведю, осторожно обхватывает меня за шею и обнимает.

— Обнимашки были бы кстати, — признается она, — Они помогают мне чувствовать себя лучше.

Я прижимаю ее к себе, и из моей груди вырывается неожиданный стон.

Боже, как же хорошо ее обнимать.

— Еда подгорит, — шепчет она мне на ухо.

Я хихикаю и неохотно отпускаю ее.

В ее глазах все еще плещется настороженность, но она выглядит менее напряженной, чем когда я вернулся домой.

Гордый собой, я смотрю, как она продолжает готовить.

Ты молодец, Анджело.

Глава 19

Тори

Такое ощущение, что меня ударили хлыстом.

С тех пор как Анджело напугал меня до смерти, он стал... милым, если не сказать больше.

Я чувствую на себе его взгляд, пока поливаю соусом песто ньокки, курицу и помидоры роза.

Дав блюду отдохнуть минут пять, я поворачиваюсь к нему и спрашиваю: — Хочешь поесть в столовой?

Ранее сегодня я ознакомилась со всеми комнатами в особняке.

Рита так хорошо справляется со своей работой, что мне нечем заняться, что меня немного беспокоит.

Анджело качает головой. — Мы можем поесть в гостиной.

Я киваю, беру две тарелки и накрываю для нас. Я убеждаюсь, что края тарелок очищены от соуса, а затем посыпаю еду свежей рубленой петрушкой и тертым пармезаном.

Взяв из ящика столовые приборы, я бросаю взгляд на Анджело. — Еда готова.

Он встает, и мой взгляд скользит по его треникам и футболке.

Должна признать, что в повседневной одежде он выглядит не так угрожающе.

Я протягиваю ему нож и вилку, но он бросает нож на стойку, а затем берет тарелку и направляется в гостиную.

Я беру свою тарелку и следую за ним. Когда я вижу, что он садится за стол, я выбираю самое дальнее от него место.

Я не могу удержаться от того, чтобы не посмотреть на него, когда он откусывает кусочек, и через секунду завороженно слежу за тем, как двигается его челюсть во время жевания.

Неужели? Неужели то, как он ест, должно быть таким сексуальным?

Его глаза перебегают на меня, и он ловит мой взгляд.

— Очень вкусно, — пробормотал он. — Где ты научилась готовить?

Я опускаю глаза к тарелке. — В местной библиотеке.

— В библиотеке проводят кулинарные курсы?

Я издаю неожиданный смешок, который меня ошеломляет. — Нет, я брала книги с рецептами, чтобы практиковаться дома.

Он поднимает бровь. — Ты сама научилась готовить.

Я удивляюсь, когда он выглядит впечатленным.

Я откусываю кусочек еды и смотрю на тени, которые ветви старого дерева отбрасывают на пол.