— Ты устала? Ты хочешь лечь спать или что-то еще? В моей палатке с членом?

— Твоим кем?

— Моя разбитая палатка, — невнятно пробормотал он.

— Нет, я в порядке.

— О-о, — пробормотал он. — Это плохое слово… У меня неприятности?

— Нет, это просто запах алкоголя, — призналась я, поворачивая лицо, чтобы посмотреть на него. Его глаза были стеклянными, а щеки раскраснелись. Он выглядел счастливым. Он выглядел как все, чем не был мой отец, но тот запах все еще был там. Все еще на нем. — Это было в твоем дыхании, и ты просто…

— Напомнил тебе о нем?

Я прерывисто вздохнула и виновато кивнула.

 — Прости.

— Я не пьян, Шэн, — невнятно пробормотал Джонни, а затем сморщил нос. — Ладно, возможно, я слегка пьян, — поправился он, явно очень пьяный. — Но это только потому, что это мое восемнадцатое.

— Я знаю, — поспешила я успокоить его, чувствуя себя ужасно. — И я хочу, чтобы ты наслаждался жизнью, Джонни…

— Я знаю, что говорю немного смешно — я слышу свой собственный голос, а это никогда не бывает хорошо… Погоди, о чем я говорил? — Он покачал головой и снова сосредоточился на моем лице. — О да, с нами этого не случится.

 — Он протянул руку и обхватил мою щеку. — Я никогда не причиню тебе боль, детка, — прошептал он, прижимаясь своим носом к моему. — Никогда, никогда — ни за что, ни через триллион, зиллион лет.

— Я знаю, — выдохнула я, сердце бешено колотилось.

— Ты моя маленькая, дорогая, — невнятно произнес он. — Все мое сердце внутри тебя.

Мое сердце бешено заколотилось в груди. — Джонни…

— Ты никогда не будешь ею, — продолжал бессвязно бормотать он. — И я никогда не буду им.

— Ты обещаешь?

Он кивнул. — Я обещаю миллион, миллиард обещаний.

Дрожа, я медленно расслабилась в его объятиях. — Я люблю тебя, Джонни Кавана.

— И ты знаешь, что я тоже люблю тебя, моя маленькая голубая река, — невнятно пробормотал он. — Я знаю, что я довольно ленивый, но я мог бы быть на тысячу процентов ленивым, и ты все равно была бы со мной в безопасности. — Слабо улыбнувшись, он добавил: — И ты все равно была бы лучшим, что когда-либо видели эти глаза. — Он указал на свои собственные глазные яблоки. — Да, этим глазам нравится смотреть на тебя. Черт, теперь у меня снова встал.

— Мне показалось, ты сказал, что был лишь слегка пьян? — Спросила я, подавляя смешок, и о, да, он определенно снова был тверд.

Я чувствовала, как он растет подо мной.

— Шшш. — Он прижал палец к моим губам. — Ты пьяна.

— Нет, — рассмеялась я, чувствуя, что расслабляюсь от его игривости. — Ты пьян.

— Я возбужден, — хрипло заявил он. — И это неразумно. — Он покачал головой. — Нет, это не очень хороший план, Шэн, потому что я Джонни без трусиков.

— Джонни!

— Я знаю, что у меня тяжело, — продолжал он бессвязно болтать. — Я чувствую.