— Пробормотал он хрипловатым голосом, проводя влажными руками по своим темно-каштановым волосам.

Черт.

Он откинулся назад и уперся вытянутыми руками в край джакузи. Мое тело придвинулось ближе к нему, и я уперлась коленями в сидение слева и справа от его ног.

Я еще не опускалась к нему на колени.

Мои руки нащупали подол моей белой мокрой футболки, которую я стянула через голову и бросила на пол позади Уэстона. Таким образом, я обнажила перед ним свой светло-голубой кружевной бюстгальтер с розовым бантиком в центре чашечек и такие же трусики.

Его глубокий, голодный взгляд скользнул по моему телу и заставил меня вздохнуть.

— А теперь сядь на меня и почувствуй, что ты делаешь со мной, Луна.

Его руки скользнули по моим бедрам к моей попке, где и нашли свое место.

Я сделала, как он сказал, и уселась.

Тут же я почувствовала, как его твердый член упирается в мою киску.

Моя грудь вздымалась, и не было никакой надежды на то, что мое дыхание когда-нибудь успокоится.

Уэстон крепче обхватил мой торс, и его губы оказались на коже между моими грудями.

Он стал осыпать поцелуями мою кожу от груди до шеи за ухом.

Я не могла удержаться от стона, закрыв рот и позволив голове упасть на шею.

— Я хочу почувствовать, какая ты мокрая. — Говорил он между поцелуями, двигаясь от моего уха, по шее и обратно между грудей.

Его рука скользнула между моих ног, к трусикам, и когда его пальцы заскользили по моим влажным складочкам, я дернулась от его прикосновения.

— Такая мокрая для меня.

Бретелька лифчика соскользнула с моего плеча, и я почувствовала, как Уэстон поправляет ее.

— Я хочу еще немного насладиться этим бельем на тебе.

Недолго думая, я посмотрела на все еще чистое звездное небо и впилась ногтями в его спину от ощущения его губ на моей коже.

Я была уверена, что если Уэстон продолжит в том же духе, то я увижу звезды даже с закрытыми глазами.

28. Уэстон

Мой член был твердым.

Твердый, как камень.

У меня было ощущение, что если я сейчас же не сделаю что-нибудь, то он выскочит из моих боксеров, так сильно он прижимался к ткани.

Я бы с удовольствием сорвал с Луны светло-голубой кружевной лифчик и стринги, но мне хотелось еще хоть мгновение насладиться этим цветом ткани на ее совершенном теле, от которого я не мог оторвать глаз.

Светло-голубой цвет стал моим новым любимым цветом."

"Я хотел еще больше ее губ. Я хотел, чтобы мой язык скользнул в ее рот и исследовал ее тело ртом и руками, пока мой член не войдет в нее. Я хотел чувствовать ее везде и дать ей почувствовать, что она делает со мной. Я так давно хотел этого, что понял, когда наши губы почти соприкоснулись, и я уже чувствовал ее теплое дыхание на своей нижней губе.

Я взял лицо Луны в свои руки и стер миллиметры расстояния между нашими губами, притягивая ее к себе.

Грёбаный ад.