— У моего отца всегда были проблемы с алкоголем. Моя мама встречала его с этим. Иногда он был чист в течение нескольких месяцев, и вдруг снова срывался. Не было ни одного Рождества, чтобы он не выпил галлоны дорогого вина, как будто это была вода, а после него — скотч. — Ее голос оборвался после последней фразы, и она впервые подняла на меня глаза.

— Не торопись, Луна. Я слушаю тебя.

Я надеялся, что попал в точку, и, возможно, мне удастся её немного успокоить.

Мне хотелось, чтобы в подобных ситуациях люди говорили мне что-то подобное.

Она фыркнула и снова стала играть с завязкой для волос, на которую пристально смотрела.

В этот момент мне впервые так сильно захотелось прижать ее к груди, как можно крепче, чтобы она услышала биение моего сердца.

Она сидела, скрестив ноги, такая беспомощная, а я, опершись одной рукой о спинку дивана, продолжал слушать ее. Я давал ей все время, пока она не была готова снова говорить.

— Каким-то образом ему удалось скрыть свой рецидив. Он сказал, что ему пришлось много работать сверхурочно в офисе, потому что некоторые цифры не сходились, и одно дело, в частности, отнимало много времени.

Я смотрел, как она вытирает пальцами слезы на лице, как только они покидают ее глаза и скатываются по щекам.

— Все цифры были правильными, и ни одно дело тоже не занимало столько времени. Позже моя мама узнала, что у него был рецидив, и он по ночам опустошал бутылку за бутылкой виски. — Сказала Луна, вытирая рукой очередную слезу с лица.

Совсем не так я представлял себе субботний вечер в своей жизни. Каждый мог найти меня там, где кто-то устраивал вечеринку, но я был именно там, где хотел быть сейчас.

— В выпускном классе школы я была в команде по плаванию, и каждый четверг вечером у нас была тренировка. Я пришла туда пешком и позвонила папе, чтобы он забрал меня, потому что шел дождь. Мы проехали по мосту, где он потерял управление машиной, и мы врезались через ограждение моста в реку.

Теперь я понял, что я сделал, когда столкнул ее в воду, и как это было неправильно.

— В тот момент мама, Итан и я даже не знали, что папина юридическая фирма обанкротилась и он снова стал алкоголиком. Хотя по маминому и моему выражению лица можно было прочитать все, что угодно, папа прекрасно умел отгораживаться от своего дрянного алкоголизма и делать вид, что все в порядке.

Отдельные слезы залили ее щеки, усеянные веснушками. На этот раз она не смахнула ни одной слезинки с лица и дала им волю.

— Была тысяча признаков того, что он вел машину с таким количеством алкоголя в крови, но я просто не замечала, а может быть, просто не хотела замечать. Я думала, что умираю, Уэстон. — Прошептала Луна последние шесть слов.