Не случайно я упомянула о том, что занималась неправильным для настоящей леди делом. Мне казалось, что Ллойд не станет осуждать.

– Ты шила одежду? – с уважением спросил он.

Поразительно! Даже не верится, что это аристократ, который старше меня на десять лет. Корчит рожицы, чтобы меня рассмешить и сгладить неловкость после нашего нелепого знакомства.

– Шила, но я была только ученицей швеи. Закончить обучение не получилось. Денег не хватило. Сначала отчим с братом погибли в пожаре, потом мама умерла. Я с младшим братом едва сводила концы с концами. На учебу не хватало ни денег, ни времени.

– Мне не хотелось вспоминать прошлое, поэтому я перевела тему: – А вы тоже где-то работаете?

– Обращайся ко мне на ты, ладно? Профессия у меня более сложная, чем пришивание пуговиц, а иногда очень неприятная.

Ллойд нахмурился и замолчал.

– Если не хотите… то есть не хочешь, не говори об этом.

– Ты все равно узнаешь, – махнул рукой он. – Я хранитель закона. Хранитель первого, самого высшего ранга.

Ллойд замолчал, внимательно отслеживая мою реакцию, но её не последовало. Честно сказать, как-то не пришло в голову поинтересоваться, чем занимаются мои предполагаемые мужья.

И про хранителей ничего не знала.

– Я расследую преступления. Первый ранг, значит, надо мной нет власти даже у совета кланов. Любые сведения, которые я запрошу, мне обязаны предоставить. И никто не может отказать, даже мой собственный отец. Законников тщательно подбирают и обучают. Кроме знаний и умений, необходим большой магический потенциал, определенный склад характера и верность принципам. Тех, кто заслужил первый ранг, очень мало. Как правило, большинство проваливают жесткие испытания.

Хранители закона первого ранга считаются высшей властью. Они не только расследуют преступления, но в некоторых случаях сразу выносят приговор и приводят его в исполнение. Иногда таких, как я, называют палачами.

Это шутка? Судя по прямому, испытующему взгляду и мгновенно преобразившемуся лицу, с которого сразу сошла вся веселость, Ллойд не шутил. Хранитель закона. Палач. Ужасная профессия.

– Это, наверное, очень сложная работа, но ведь кто-то должен её делать, – наконец, сказала я, когда молчание стало нестерпимым.

– Что, даже не спросишь, каково это? Каково это смотреть в глаза человеку, которого нужно убить?

Прозвучало с какой-то злой иронией, но слова отдавали отчаяньем и болью.

– Думаю, непросто. Уж лучше крючки пришивать, – с грустной улыбкой ответила я. – А вы… тебе часто приходится приводить приговор в исполнение? Понимаю, это нетактично…"

"– Ничего, – отмахнулся Ллойд. – Многие интересуются. Нет. Нечасто. Только в том случае, если вина преступника очевидна, он признает её и если этот человек опасен для общества.