Из штаба штафеля радист спросил, родила у нашего пленного жена или нет, тот сказал, что родила.

– Ясно. Сворачивайся. Быстро.

– Есть, – козырнул тот.

Выскочив из палатки и быстро отдав приказ на сворачивание аэродрома, благо техники теперь хватало благодаря нашим подвижным постам, даже «ганомаг» теперь был, и ещё один трофейный танк, в этот раз «чех». Бойцы забегали, командиры отдавали приказы, всё чётко и достаточно быстро происходило. Ха, а ещё ворчали на меня, когда я учебные тревоги устраивал, заставляя заниматься сворачиванием, четыре раза это было, но теперь каждый боец и командир знал, что ему делать, поэтому всё быстро и происходило.

Я же, подняв офицера из зиндана, мне Бабочкин и ещё один боец помогали, задал ему прямой вопрос, женат радист или нет. Не женат.

– Немцев прикончить, – развернувшись, приказал я Бабочкину и быстрым шагом двинул к формирующейся авто– и бронеколонне.

К грузовикам уже цепляли зенитки. Мы так поработали, что боеприпасов и уж тем более бомб не осталось, снаряды к зениткам были, их погрузили, сейчас палатки убирали, раненых грузили. В общем, всё, что тут было, всё и грузили.

Радиста тоже прирезали и сбросили в зиндан, который прикрыли еловой хвоей, и уже через полчаса, после того как я отдал приказ, наша колонна покинула бывший аэродром подскока и направилась к трассе. А все четыре «мессера» поднялись в небо, следом за ними обе «чайки» и Р-5. Остальные, «шторьх» и один У-2, вспыхнув, догорали на стоянке, чуть позже нас догнали двое бойцов на мотоцикле, те самые поджигатели. Мину и тут я поставил перед отъездом, указав на неё поджигателям, чтобы не подорвались. Жаль, что вычислили нас в полдень, вечером было бы лучше. План, как отправить основную массу народу на Большую землю с моим очередным докладом по боевым действиям, был давно подготовлен, осуществить его не проблема. Тут в шестидесяти километрах находился транспортный аэродром, захватим и перегоним все транспортники к нашим. И всё равно, что пилот у нас всего один на них. Работая фельджандармом, я смог выдернуть из колонн пленных ещё несколько пилотов, но их всё равно не хватало. Сейчас я был вынужден отправить трофейные и наши самолёты днём, чтобы те перелетели линию фронта. Правда, тут две задачи было, не только самолёты перегнать, но и предупредить, что ночью мы к ним отправим несколько транспортных «юнкерсов», пусть не сожгут с перепугу.

У-2 пришлой ночью серьёзно пострадал и находился в стадии ремонта, пробоины заделывали, баки чинили, но «шторьх» я бы перегнал на ту свою поляну с базой. На будущее, постоял бы замаскированный, глядишь, пригодится. Мне понравилось вот так перемещаться воздухом, быстро и фактически незаметно для немцев.