Пришлось перебираться через реку и бежать сюда. Попутных машин не было, вообще ни одной не встретилось. Мы успели?"

"Унтер всё, что я ему говорил, передавал по телефону в штаб, и когда я задал вопрос, то тот по-еврейски задал свой. Уточнил номер машины, и почему нет сопровождающего и ещё одного солдата. Мол, должно быть четверо пассажиров, а у нас трое.

– Когда мост рванул, пострадали двое, водитель и солдат нашей группы, обер-ефрейтор Гейдрех. А нашему сопровождающему обер-лейтенанту Леннеру стоило бы заняться своей физической подготовкой, – это я сообщил изрядно злым тоном.

 – Он и половины пути пробежать не смог, передал нам сопроводительные документы и остался, решив не задерживать группу. Позже должен подойти. Мы и так не успевали.

– Вас просят к телефону, – сообщил унтер, передав всё, что я сказал, при этом попросил позвать моих людей.

Махнув бойцам, чтобы подходили, я поправил форму и вошел на блокпост, пистолет из кобуры у меня не забрали, правда пришлось показать жетон немецкого военнослужащего, тот висел на шее. Дальше я пообщался с дежурным офицером в звании капитана, тот более подробно всё выяснял, мол, это требуют из штаба абвера.

Уже окончательно стемнело, когда подошли бойцы. Закончив описание наших приключений, я получил приказ выезжать к штабу, это большая палатка, машина за нами уже выехала. Требовалось поторопиться, вылет уже через полчаса, мы всё же успели. Пришлось местным переехать в палатки, здания были отлично нами сожжены. Кстати, я успел осмотреться, чтобы полюбоваться нашей работой. Вся подавленная и сожжённая техника, что из нашей колонны, что из аэродромной, была оттащена за пределы аэродрома, всё очищено, и аэродром работал практически в прежнем режиме. Разве что лётный персонал сменили да технический пополнили, он изрядно побит был при захвате, разницы между ними и десантниками танкисты Грозного не делали, чудо, что смогли подобрать пилотов для всех уцелевших «юнкерсов». А вот охрана вся новая была. Полноценная рота, усиленная танками. Нашими, шесть Т-26 по периметру вкопаны были, башни только торчали.

Когда подъехала машина, это был легковой открытый пикап, нас повезли с двумя сопровождающими из солдат с блокпоста к штабу, я успокаивающе кивнул бойцам – пока всё идёт нормально.

Дальше тех повели к самолёту, транспортному «юнкерсу», а меня сопроводили в штабную палатку, где тучный майор, что как раз общался по телефону, обернулся ко мне и сообщил неизвестному абоненту:

– …он как раз зашёл… да-да, передаю, – и протянул телефонную трубку, сообщив: – Ваше начальство, хочет узнать, что произошло и чем вызвано опоздание.

Взяв трубку, я коротко сообщил:

– Обер-лейтенант Клейне у телефона, господин майор.