К нам бесшумно подошла, конечно Мия… Вот только выглядела иначе: черты лица стали уже и изящней, крича об аристократическом происхождении. Носила маску сверхвысокого качества? Точно не иллюзию использовала.

Волосы теперь были светло-каштанового оттенка и аж блестели в свете ламп, как и серёжки с немаленькими сапфирами. Она надела великолепное синее платье с полностью открытыми руками и плечами. Оно слегка обегало точёную фигурку в районе середины груди и талии, а дальше расходилось свободной юбкой из двух слоёв ткани: тяжёлого и плотного, и тончайшего, полупрозрачного. Из образа классической светской леди планетарной эры выбивался только коммуникатор, что держался на левой руке ремешками, покрытыми плотной серебристой вышивкой и небольшими сапфирами.

Причём она точно куда-то должна нацепить защитные устройства и, учитывая всё, место есть только одно. Неудобно, наверное. Зато выглядит изумительно, истинная высшая аристократка. Колман такого ареола не создавал: просто какой-то мужик в костюме.

— Мисс Рифтин, это услада для глаза видеть вас в этот… — начал он зачем-то притворяться шлангом, но его грубо оборвали ледяным тоном.

— Ответьте на вопрос или я попрошу вас удалиться.

— Мисс Рифтин… неужели этот калека стоит внимания? Прошу, пройдёмте в более тихое место, у моего Дома есть к вашему… — он осёкся, видя как Мия уткнулась в коммуникатор и что-то набирает. Звякнул коммуникатор мужика и тот переменился в лице… — Приглашение отозвано?"

"— Да, вы оскорбляете наших гостей и моего отца. Вам здесь не место, — тоном Мии можно было ледники замораживать и лавовые миры охлаждать. Да и взгляд… ух! Ничем не уступает Элизабет, но если у той это постоянная норма, то в Мие такое впервые вижу.

— Но… мы же принимали участие в обороне! Мы Великий Дом…

— Колман, лично вы не принимали участие в сражении, вы здесь только и исключительно из-за небольшого участия Дома Остерман в оборонительной операции. И теперь вы оскорбляете её прямого участника и наш Дом. Я вызову охрану, если вы немедленно не покинете территорию.

— Вы пожалеете… — процедил он и удалился, поскольку к нам уже шагнули несколько охранников. Его прилюдно опозорили, выгнали со светского мероприятия. Хотя оскорблять хозяина — последнее дело. Думаю, если бы у Дома Рифтин было более прочное положение, его бы сейчас на дуэль вызвали. Но после своих войн они тоже несколько ослабли, да и вообще — поступок весьма грубый, хотя и нравы в Иллионе пожёстче, чем в моей империи.

— Жёстко, мисс Рифтин, — заметил я, девушка посмотрела на меня, и взгляд сразу смягчился, она улыбнулась.

— Он оскорбляет моего отца. Однако слухи о недалёкости отпрысков Остерман находят новые подтверждения.