Оба на воду.

Кристи опешила ещё сильнее. Затем её взгляд стал очень серьёзным и прежде, чем она успела хоть что-то сказать, я произнёс:

— Не спорь. К тому же я тебе не отдаю их, а даю попользоваться. Это трофеи. И теперь они принадлежат моему роду. От моего рода они уйдут разве что на продажу и то, если я пожелаю. Давай надевай. Нечего хорошим доспехам и оружию лежать без дела.

Кристи улыбнулась и поклонилась.

Спустя десять минут передо мной стояла закованная в отливающие синим цветом латы воительница. Меч в её руке идеально вписывался в цветовую гамму. А ядро элементная в навершие меча, наполненное «магией воды», было своего рода вишенкой на торте.

— Перекусим на дорожку, — я без задней мысли достал из пространственного кармана Чипсы восстановления да бутылку кваса и протянул полдник Кристине.

И вот именно в этот момент её шок достиг апогея. Девушка разинула рот, округлила глаза и отшатнулась на два шага. Её движения стали дёрганными, даже деревянными.

А изо рта вырывались нечленораздельные звуки:

— Э… ка… у…

«Нормально её торкнуло, — хохотнула зверюга. — Даже жаль бедняжку. Останется навек такой перекошенной, кто мне молочко наливать будет?»

— Как это возможно, Максим⁈ — в который раз за сегодня выпалила Кристи, рванув вперёд и схватив меня за плечи. — Еду и напитки, даже алхимические, нельзя засунуть в артефакты-оруженосцы! Что это, Максим? Что за чудо⁈

«Ну вот, с тобой у девочки окончательно сорвало флаги».

— Это чудо — мой личный секрет, — мило улыбнулся я ей.

— Твой личный секрет? Ну да… как я сразу не поняла! Это ещё мелочи по сравнению с твоей силой. Или с тем, что ты сделал меня одарённой и наделил Меткой. Или же вон — с Фаиной Максимовной!

«Правильно говоришь, самка номер три».

— Максим! — произнесла Кристи решительно.

— Да? — опешил я.

Она отступила на шаг и гордо расправила плечи. Её взор пылал решимостью, когда она смотрела на меня.

— Ты спас меня от голода… Спас мою жизнь, мою честь и даже наделил меня Силой. Ты дал мне в руки меч и доспех, чтобы защитить тело. Максим. Я связана с тобой больше, чем с кем-либо. Мой долг тебе огромен. И я считаю, что моя жизнь и моя сила, могут принадлежать…

В этот момент она, опустив голову и держа меч на вытянутых руках, начала вставать на одно колено.

Важный решительный шаг в жизни воина — доверить свою жизнь, свободу и волю Господину. Тому, кого сочтёшь достойным повевать тобой. Направлять тебя. Тому, кто станет рукой, для который ты будешь сразу и мечом, и щитом.

Мало воинов в моей прошлой жизни могли сохранить силу, честь и свободную Волю. Не раз я видел подобные присяги.

И понимал, насколько тяжело выдающемуся воину решиться на такой шаг.