Я так увлекаюсь изучением его личной жизни, что даже не слышу, как за спиной открывается дверь. Чужая тень накрывает меня. Плеча касаются чьи-то пальцы.

Дергаюсь от неожиданности.

– Что ты тут делаешь? – хмуро смотрю на Толика.

– Хотел сказать, что уже ухожу, – он косится на экран, где виднеется фотка Дмитрия.

– Уходи, – сверкаю глазами. – Нам больше не о чем говорить.

– Марин, не дури. В конце концов, у нас ребенок будет, – говорит он.

Я вздрагиваю.

– Что? – смотрю на него.

– Что “что”? Думала, я не узнаю? – ухмыляется он.

Первая мысль – мама сказала. Да, точно она.

В этом доме больше некому.

Нервно сглатываю.

– Да, даже и так. Нас все равно разведут, – отворачиваюсь. – Разговор окончен, уходи.

– Нет, не окончен. Мы должны жить нормальной семьей. К чему эти расставания? Это мой ребенок в конце концов. Я имею право…

– Так я и не против. Ты будешь иметь право с ним видеться, – возмущаюсь я, глядя в экран.

Толик разворачивает меня к себе вместе с креслом. Опирается ладонями на подлокотники, нависает, вынуждая меня вжаться в спинку. Он устало смотрит на меня.

– Нет, Марина, я от своего не оступлюсь.

Или ты будешь со мной, или я сделаю так, что ты не получишь никаких алиментов.

– Больно мне твои деньги нужны, – фыркаю я. – Можешь засунуть свои копейки куда подальше.

– А еще скажу твоей матери, что ребенок не мой, – говорит он.

Я нервно сглатываю и бледнею. Толик это сразу замечает:

– Испугалась?

– С чего… ты… Как ты…

– Ну а что? – он ухмыляется. – У нас с тобой секс был за неделю до того, как ты на свой курорт упорхнула. Кто знает, кто еще был после меня.

– Ты…ты…

У меня даже слов нет, чтобы высказать, что я о нем думаю!

– Интересно, что твоя мать скажет, если узнает? Ты же знаешь, что у нее сердце слабое.

И знаешь, как она относится к женским изменам. Так что подумай – стоит ли нервировать собственную мать.

И с этими словами он выходит из комнаты.

Глава 11

Толик просто гад редкостный. Совсем не дает время для маневра. Приходится припереть маму к стене:

– У тебя проблемы со здоровьем? Почему я не знаю?

Она оглядывается на прихожую, где одевается Толик.

– Мариночка, ты только не сердись, – начинает ласковым голосом.

– Не увиливай. Почему он говорит, что ты плохо себя чувствуешь, а я первый раз об этом слышу? Или бывший зять тебе ближе, чем родная дочь?

Мать пыхтит и смотрит в сторону.

Вот кому из нас она врет и зачем?

– Мама, – твердо смотрю на нее, – что происходит?

– Да ерунда, – она неуверенно улыбается. – Ничего страшного.

– И все-таки?

– Ну, давление слегка подскочило. Прошло уже.

– Если это что-то серьезное, то тебе нужно сходить к врачу, а не устраивать сговор с Толиком за моей спиной!

В прихожей хлопает входная дверь. Толик ушел. И мама резко меняется.